Вас трудно не заметить, вы всегда в форме. Почему вы не ходите в штатском, когда не на службе?
– Я прямо со службы приезжаю, – буркнул Михаил. – У меня нет времени съездить домой переодеться, работы очень много, не успеваю.
– Конечно. Я понял. Так куда вас отвезти? Домой или на квартиру Кульмиса?
Губанов оторопел. Кульмис был тем самым сотрудником советского посольства на Кубе. Выходит, комитет не только зафиксировал постоянные появления Михаила в аэропорту, но и отследил его передвижения. Круто работают! Мышь не проскочит.
Ему стало неуютно и очень страшно. Намек про оценку моральной устойчивости сотрудников милиции был настолько прозрачен, что не понять его мог только полный придурок. А Миша Губанов очень, ну просто очень не любил выглядеть недостаточно умным.
– К Кульмису, – ответил он. – Если вы зайдете вместе со мной, мы сможем выпить по чашке кофе или чего-нибудь покрепче и продолжить разговор. Не возражаете?
– Принято, – широко улыбнулся «серый костюм».
Январь 1970 года
Николай Губанов
Славик лихо съехал с горки, хотя и заметно зашатался на самом крутом участке спуска.
А вот Юрка все-таки завалился в сугроб и неловко пытался снова встать на лыжи. Когда мальчишки, хохоча, подъехали к Николаю, их лица были мокрыми от пота и снега, щеки пылали здоровым румянцем, глаза сверкали от удовольствия.
– Теперь ты, – сказал Юрка отцу, с трудом переводя дыхание.
– Смотри внимательнее, – строго наказал Николай. – Славик уже все понял и едет правильно, а ты не работаешь корпусом.
Он «елочкой» взобрался на довольно высокую горку, убедился, что сын смотрит в его сторону, и начал спуск.
Морозный воздух щипал лицо, снежинки попадали в рот, и Губанов вдруг подумал, что никогда в жизни не был так счастлив, как в последние два года. И сегодняшний день – как апофеоз восторга, радости и надежд.
– Здоровски вы катаетесь, дядя Коля, – с завистью проговорил Славик Лаврушенков. – Мы с Юркой тоже так научимся. Скажи, Юрок?
– Само собой, – деловито подтвердил Юра.
У него уже ломался голос, поэтому парень иногда говорил басовито, по-взрослому, а иногда пускал петуха или смешно скрипел.
У Славика голос был еще детским, чистым и звонким, ведь он на целый год младше Юры, зато ростом вымахал не по возрасту, почти на пять сантиметров обогнав своего друга, да и в плечах стал пошире.
– Так, пацаны, давайте еще по три спуска – и на платформу, а то электричку пропустим, – скомандовал Губанов.
Зимние каникулы мальчики проводили вместе, встречались каждый день.
