Хватит!»
Сколько можно копаться в себе? Подумаешь, увлеклась роботом. Бывает… У кого бывает?!
Я едва не застонала в голос, выдавая себя с потрохами. Но уговоры не действовали. В груди разрасталась выжженная пустошь, которую не остановить даже ливнем логических обоснований. Потому что нельзя быть такой слабохарактерной! Это ведь даже смешно: горевать из-за предательства киборга, который и твоим-то не являлся."
"Авто вильнуло вправо. Я на миг открыла глаза, но не испытала даже страха. К нам неумолимо приближались черные высокие стены, за которыми я столько лет боялась оказаться и при одном виде которых невольно тряслась.
А сейчас словно смирилась. Наверное, так как это логически верное завершение моего жизненного пути.
Что меня ждало? Исследования? Я готова. Боль была, потеря была, дурдом так точно был. Теперь я стану киборгом, как Ноль Второй. Интересно, как он попал к людям Артана? Он ведь тоже лираец — теперь я знала точно, так как лишь у нашей расы ритм сердца имеет дополнительный особый стук из-за Миалы.
Хотя нет, мне не суждено стать даже напичканной проводками машиной — главного органа-то нет. Значит, мое предназначение — утилизация.
Скорость авто замедлилась. Я услышала, как отворилась дверца. Меня подхватили на руки, небрежно положили на что-то довольно твердое. От механизмов снизу пошла мелкая вибрация.
— Куда?
— К вам. Особых распоряжений на ее счет не поступало.
— А этого?
Я вздрогнула. Он здесь? Хотя тут же пришлось осадить себя, заставить выбросить из головы Ноль Второго.
Киборг пренебрег мной в самый ответственный момент, так почему я должна вести себя иначе?
— Тоже к вам.
— Зачем? Отправьте сразу на утилизацию.
Я сквозь сомкнутые веки различала тени, скользящие по мне.
— Хм, ладно. Грузите сюда. Шимэйс, женщину в семнадцатую. Я подойду… позже.
Легкое прикосновение к плечу, словно задели случайно, и на мой живот легло нечто холодное, но не тяжелое. Я различила размеренные шаги, эхом уносящиеся вдаль.
Может, подскочить? Голоса остались позади.
Мы наедине. Вряд ли этот Шимэйс особо опасен. Хотя какой смысл?
Я все-таки сдалась. Навалившаяся апатия оказалась слишком сильна. Я не сопротивлялась, когда меня с помощью специальных механизмов перекладывали на операционный стол. Позволила зафиксировать свои ноги и руки. Лишь дернула головой, когда сверху включился яркий свет, от которого даже с закрытыми глазами хотелось жмуриться.
— Хватит притворяться. Думаешь, не вижу? — небрежно заданный вопрос.
