Достала из кармана косметичку. Открыла пудреницу, чтобы подрумянить бледное лицо, но застыла, услышав возмущенные голоса:
— Как же бесит эта гадина Джи! Представляете, она на моего отца вчера жалобу накатала? — сказала молодая сотрудница, первой войдя в туалет.
Две следующие за ней девушки тоже не заметили меня, прошли сразу к кабинкам.
— А вы видели, как она потопталась по моим бумагам, когда я перед ней упала? — сказала вторая. — Нет бы обойти!
Я вновь посмотрела на свое отражение. Как не наступить на бумаги, разбросанные по всему полу? Почему нельзя быть более аккуратной? Я поджала губы, положила косметичку в карман и выпрямилась.
— Надеюсь, Зиара скоро ее уволит. Как она вообще терпит эту бесчувственную грарши возле себя?
— Почему же бесчувственную, — отозвалась другая. — У нее есть ненависть к окружающим и завышенное чувство собственного достоинства.
Я глянула на свое запястье. Зеленая точка там мерно пульсировала. Если задержаться здесь еще хоть на минуту, я узнаю о себе много нового и вряд ли приятного.
Поправив пиджак, направилась к выходу.
Персонал постоянно шептался за моей спиной. Стоило мне появиться на одном из этажей компании, где я работала помощницей директора, как все замолкали, отворачивались, опускали головы. Первое время были попытки наладить с ними контакт. Однако за прошедшие четыре года от случая к случаю я убеждалась, что не нужны мне никакие связи. Проще одной. Нет! Лучше одной!
Прикрыла за собой дверь туалета и на миг задержала ладонь на круглой ручке.
Коротко втянула воздух. Ничего, я со всем справлюсь. Подняв голову, забегала взглядом по редко разбросанным в огромном белом помещении овальным столикам. Здесь служащие работали с заказами, документами, поставками и бракованной продукцией. Искусственные органы высочайшего качества нынче популярны не только на Иннариане. Их закупали даже за пределами этой планеты.
Я уверенной походкой прошла через весь этаж к кабинету начальницы, постучала. Дождавшись разрешения войти, приблизилась к ее креслу.
Зачастую строгая на вид женщина сидела в нем каменным изваянием и задумчиво смотрела перед собой. Зиаре от силы можно было дать лет тридцать, несмотря на ее полные пятьдесят один. Все-таки не зря она являлась главой крупнейшей компании по разработке имплантатов. Пышная грудь, стройная фигура, длинные ноги и восхитительные густые белые волосы. Уверена, ничего этого раньше не было и в помине. А про аристократические черты лица даже заговаривать не стоит.
