Более наблюдательный человек заметил бы, как заострились черты лица Тобиаса, какой холодной сталью блеснул его взгляд, и насторожился бы.
Ровена боролась, словно дикая кошка. Она царапалась, брыкалась, яростно размахивала кулаками, изо всех сил стараясь вырваться из рук Мейсона. В бешенстве Мейсон заломил ей руку так, что она закричала от боли и снова упала на колени. Он вытащил из сапога кортик и прижал лезвие к ее шее. Глаза Ровены потемнели от страха.
Но вдруг Мейсон, занятый Ровеной, почувствовал холодную сталь уже у своей шеи и замер.
– Бросьте кортик, Мейсон, если вам дорога жизнь.
Мерзавец отодвинул кортик от шеи Ровены и уставился в лицо Тобиаса, затем он отпустил руку Ровены; она как подкошенная рухнула на палубу и откатилась подальше, все еще корчась от боли.
– Я знал, что вы безрассудны и опрометчивы, Мейсон, судя по вашему преступлению в кингстонской гавани, но что вы к тому же еще и глупы… для меня это открытие.
Мейсон незаметно потянулся к пистолету на поясе, но Тобиас перехватил его руку.
Он сильно рванулся и тут же схватил саблю. Он посмотрел на Тобиаса и увидел силу, в которой никогда и не сомневался, и непреклонную решимость отправить его на корм рыбам. Мейсон понял, что его враг не успокоится, пока не доведет дело до конца.
– Итак, Мейсон, наконец мы оказались лицом к лицу.
– Так и есть, – осклабился тот."
"– Вы преступник, Мейсон, и потому должны быть переданы в руки закона. Вы осмелились нанести мне удар, так вот вам мой ответ. Увидим, как отнесутся к вам власти на военной базе в Гибралтаре.
К пиратам они сочувствия не питают.
Раскат злобного смеха потряс воздух.
– Раздери вас дьявол! – завопил Мейсон и прыгнул на Тобиаса, размахивая саблей.
Ровена, сжавшись в комок, наблюдала, как Тобиас бьется с Мейсоном. Хассан Касем был юрким и гибким соперником и уверенно стоял на ногах, но его движения сковывали длинные одежды. Тобиас же был сейчас для нее незнакомцем. Таким она его не знала. Он был быстр как молния, ловко орудовал саблей, то наступая, то отступая на шаг-два; темные волосы падали ему на лоб.
Несмотря на это, ее сердце словно плакало – Ровена не могла вынести даже мысли о том, что бой окончится победой Мейсона. Двое сражающихся двигались по палубе, перепрыгивая через бочки, что попадались им под ноги, и стараясь не запутаться в канатах и тросах. Вскоре стало ясно, что преимущество на стороне Тобиаса.
Внезапно раздался выстрел. Облачко дыма поднялось над водой.
