— Но когда вернулся в Коннеот, моя дама объявила, что не сможет жить с человеком, наделенным сверхъестественными способностями. В мое отсутствие она, кроме того, успела влюбиться в моего брата-близнеца.
— О, господин мой, мне так жаль! — воскликнула Розамонд. — Я знаю, что это такое — потерять того, кого любишь!
— Нет, Розамонд, никакой трагедии не было. Я давным-давно отдал сердце другой. Той, которая никогда не станет моей.
Розамонд посмотрела ему в глаза и неожиданно все поняла.
— Это леди Элеонора, верно?"
"— Принцесса Элеонора в то время уже была женой маршала Англии.
После его смерти она приняла обет целомудрия и едва не постриглась в монахини, — кивнул рыцарь.
— А потом сэр Симон женился на женщине, которую вы любили, — вздохнула девушка.
— Я ликовал, узнав об этом. Она нуждалась в человеке, достаточно сильном, чтобы устоять против короля, епископов и даже папы.
— Но вы любили ее, сэр Рикард.
Губы рыцаря тронула улыбка — добрая, почти неземная.
— Когда истинно любишь кого-то, желаешь ему счастья.
Граф Симон подарил Элеоноре истинное счастье. — Он поднес к губам ее пальцы. — Поверьте, Роджер де Лейберн станет вам прекрасным мужем.
Девушка затаила дыхание. Похоже, она единственная не уверена в необходимости этого брака.
— Откуда вы знаете? — встрепенулась она. — Вы сейчас говорите со мной как ясновидящий?
Рикард де Берг тихо рассмеялся:
— Некоторые считают мой дар проклятием. Не хотелось бы пугать вас, дорогая, но будущее несет с собой много бед.
Сила и положение де Лейберна дадут вам безопасность и защиту. Для всех нас дорога будет тяжелой и ухабистой, но вы не только выживете, но и расцветете.
Розамонд заметила, что де Берг и де Лейберн смотрят на нее совсем по-разному. Взгляд де Берга устремлен не на нее, а словно сквозь нее, будто ему открылось некое видение. Де Лейберн же вечно раздевает ее своим дерзким взглядом! Недаром леди Элеонора твердила, что, хотя сэр Рикард — благородный рыцарь, он чересчур стар для нее.
Может, Розамонд и вправду видела в нем давно потерянного отца?
— Спасибо за то, что были со мной искренни, сэр Рикард. Я обдумаю ваши слова, — пообещала она и, отдав рыцарю плащ, спустилась со стены.
Войдя в комнату, она увидела лежавшее на постели подвенечное платье. Очевидно, Хильда, потеряв терпение, дошила его без примерки. Наряд был очень дорогим и предназначался не только для свадьбы, но и для дворцовых приемов.
