— У меня своя голова на плечах! Англия — мое наследие, и его не отнимет у меня никто: ни отец, ни Эдмунд! Я люблю свою страну! И хотя мой отец — король, все его друзья и любимцы — французы. Он предан Франции, а я стану истинно английским правителем. Когда придет мое время взойти на трон, страна будет не разрозненной, а объединенной.
— Если воображаешь, будто на трон тебя возведет де Монфор, жестоко ошибаешься. Его ненасытное честолюбие известно всем!
Эдуард стал горячо уверять, что и в мыслях не имел ничего подобного.
Теперь он понял, почему отец прислал Ричарда в Англию и срочно призвал верховного судью. Генрих боится, что потеряет корону.
Принц поспешно сменил тему:
— Моим людям нужно выплатить жалованье за валлийскую кампанию."
"— Королевская казна пуста, — развел руками Ричард. — Однако я всегда могу найти деньги для родного племянника.
— Очередная морковка, — вспылил Эдуард. — Первую подвесила мать. Но я не чертов осел, и зарубите это на носу!
— Нет, все мы знаем, что ты — истинный лев, — успокоил принца Ричард и заговорил о другом: — Я слышал, Гарри прекрасно показал себя в бою.
Странно, что он не приехал с тобой.
— Гарри повел людей в Тауэр. Я обещал присоединиться к ним, но позже вернусь, чтобы подробнее обсудить вопрос о парламенте. Не сомневайся, я привезу с собой Гарри, а уж вместе мы устоим против тебя.
С этими словами Эдуард вышел, решив подождать Роджера у конюшни. Он надеялся узнать, сколько человек привел с собой судья Боун. Принц насчитал семьдесят лошадей — значительно больше, чем ожидал.
К конюшне подъехал Роджер и принялся поить лошадь. Эдуард молча указал на заполненные стойла. Род кивнул, но не произнес ни слова, пока они не отошли подальше. Только убедившись, что их не подслушают, он прошептал:
— Как вы и подозревали, Симон уже знает о приезде Ричарда Корнуэльского. Он считает это умным ходом, поскольку Ричард куда лучше, чем Генрих, умеет убеждать людей.
Эдуард кивнул и цинично добавил:
— Да и денежек у него побольше. Кстати, ты сказал ему, что судья привел с собой целый отряд?
— Да, но и это он уже пронюхал.
Граф Норфолк прислал ему письмо.
— Значит, маршал в отличие от судьи хранит нам верность.
Роджер кивнул:
— Симон предвидит, что если дело дойдет до войны, среди баронов произойдет раскол. Он намерен потолковать с вами по этому поводу.
— Это может подождать денек — у нас много неотложных дел. Прежде всего, для выплаты жалованья денег нет. Ричард хотел меня подкупить, но я не польстился на приманку.
