Не переживай, герцог с герцогиней ездят к нам строго по вторникам и пятницам. Вы не пересечётесь».
Дочитав, я бережно прижала записку к своей груди. Ко мне вновь вернулся былой азарт. А ещё на сердце отчего-то стало безумно тепло просто от того, что кто-то меня ждал. Фён хотел увидеть меня ещё раз.
30
Мейсон
Я понимал, что поступаю не совсем правильно, но эта встреча мне требовалась как воздух. Очаровательная принцесса, которая почти упала в мои объятия вдруг стала принципиально отстранённой и холодной. Я не понимал, что происходит.
Какие мысли заставляют её постоянно хмуриться. Когда она говорит мне правду, а когда обманывает, уводя по ложному следу. Хотелось пообщаться с ней настоящей, а не с тем выдуманным образом, в котором я не мог отличить правду от лжи.
К тому же с каждым днём Эсси сводила меня с ума всё сильнее. Безумно хотелось прикоснуться к своей принцессе, почувствовать податливое тело в своих руках, но она стойко держала оборону. Эсси на самом деле вознамерилась не подарить своему жениху до свадьбы ни одного поцелуя, как бы ей самой ни хотелось.
Именно поэтому я отправил ей приглашение в клуб от лица Фёна, а теперь нервно ждал, расхаживая из стороны в сторону по своему кабинету.
– Господин, – наконец, постучал в мою дверь один из предупреждённых охранников. – К вам пришла гостья!
– Впускай! – тотчас велел я, напрягаясь всем телом.
Эсси вошла в кабинет несмело. Она вновь совершенно не походила на себя в этой маске, но я узнавал её в каждом движении. В каждом жесте, в каждом повороте головы.
Это была она – моя яркая Ягодка, моя недостижимая принцесса.
– Привет, – нерешительно поздоровалась она, бросив на меня кокетливый взгляд из-под ресниц, когда дверь за ней захлопнулась.
– Почему ты там застыла? – спросил я, невольно расплываясь в улыбке и разводя руки в стороны. – Иди ко мне!
Немедля ни секунды, она бросилась мне на шею. Прижалась всем своим очаровательным хрупким телом, и я с наслаждением наконец-то заключил ей в свои объятиях, из которых в этот раз она не пыталась выбраться.
Эсси
Фён словно дурманил мне голову – я бесстыдно обняла его без всяких раздумий, а затем и вовсе потянулась за поцелуем. Его ласки и прикосновения сводили меня с ума. Горячий след от ладоней оставался возбуждающим теплом на коже. Губы опухли от долгой требовательной ласки.
Мы оторвались друг от друга, когда уже не осталось воздуха, и то Фён не желал выпускать меня. Подняв меня на руки, он вместе со мной дошёл до дивана и устроил у себя на коленях.
