Реклама, – он указал на логотип Red Bull на своей футболке, – это деньги. А деньги – это та же свобода.
Я на секунду опешила.
– Выходит, ты даже не читаешь то, что о тебе пишут?
– А зачем? Мне не интересно чужое мнение. Меня устраивает быть тем, кем я являюсь. Не доказывать кому-то, что я лучше, чем я есть. Не строить из себя кого-то другого.
Вот только я не была уверена, что все так и есть. Но промолчала.
– Ну так что? – снова зажал он между пальцев монетку. – Сыграем? – глядя на меня так хитро, словно говорил вовсе не о детской забаве, а о другой, в которую мы играли вот уже вторую неделю и только по своей огромной глупости и воле.
– В следующий раз, – громко произнесла Лилиан, возвращая все внимание к себе, и помахала телефоном.
А мне оставалось лишь надеяться, что когда-нибудь я смогу ответить Бланжу «да», потому что наконец пойму правила.
Глава 18. Мой герой
Уверенная победа Бланжа на «Орлеан-Арене».
Комментарии (220):
::: Вся Америка сейчас: хахаха.
::: Срань, парни, а за кого теперь болеть?
::: Давайте признаем, этот пацан быстр.
Марсу уже скоро тридцать – а малыш Б хорошая ему замена.
Почти неделю, пока Бланж был на соревнованиях, я провела за изучением особенностей спортивной фотографии и теперь отчаянно нуждалась в практике. Благо далеко ходить не требовалось. Вот они, на твоих глазах: взлетают по трамплинам, гоняют по трассе, перепрыгивая препятствия. Правда, на деле все оказалось сложнее, чем я предполагала.
Мотокросс – шумный и грязный вид спорта. Мне пришлось обойти весь трек пешком, полежать на земле и, изваляться в пыли, чтобы найти более-менее удачные ракурсы.
В сотый раз обгореть, надышаться горячим воздухом, а в качестве финишного аккорда Лаклан, проезжая мимо, окатил меня потоком липкой жижи из-под заднего колеса. С ног до головы.
– Никогда не стой в этом месте, – крикнул он, раздраженно вскинув руку, пока я застыла, словно статуя, чувствуя, как грязь стекает с кончиков волос.
Я никогда не любила ругаться, потому что всегда считала: это удел слабаков, но сейчас изо всех сил хотела заехать ему по морде.
Именно в таком состоянии меня и увидела Лили, проезжавшая мимо. Она уверила, что у нее есть шампунь, который даже из моих запутанных кудрявых волос любую гадость вымоет. Так что теперь мы, два совершенно чужих друг другу человека, сидели в ее комнате, как подружки, и обсуждали противных мальчишек."
"– Клянусь, он меня ненавидит.
Я покачала головой и, вытерев волосы, положила пушистое полотенце на розовое покрывало.
