Думаю, участие в дальнейшем пути должно быть только доброводьное. Сына бы брать, конечно, не хотел, он мой наследник, еще не продолжил род и…
— Я тоже иду, — перебивая отца, твердо, не терпящим возражений тоном, произносит Арран Райдо.
— Я также участвую, — перенимает эстафету Рэвен. — Мой долг защищать императорскую семью. Обычных воинов из отряда, полагаю, смысла брать нет, только магов и только по их согласию, — Оквиудаертане поворачивается к Каллену. — Ваше высочество, а вот точно идти нельзя, вы единственный наследник империи.
Здесь от вашего желания ничего не зависит. У вас долг перед империей и подданными, рисковать своей жизнью, во всяком случае, пока не обзаведетесь своим наследником, не имеете право. Если вы все же хотите идти, стоит отложить экспедицию до тех времен… пока вы не оставите империи нового наследника.
Каллен снисходительно посмотрел на нерая Оквиудаертане.
— Конечно же отпускать жену одну в опасное приключение к фиолетовым ушастым мужчинам я не собираюсь, но то что предлагаешь ты в качестве альтернативы для меня тоже неприемлемо.
Буквально — это завести ребенка и бросить его, а самим уйти в путешествие возможно без шанса на возврат. В каком бы возрасте ни был ребенок, вряд ли он поймет, если мы его так бросим. Можно, конечно, и на глубокую старость поездку отложить, но так далеко нет смысла планировать, возможно судьба захочет, чтобы мы до этой глубокой старости не дожили, а проблема так и не останется нерешенной. Перекладывать на детей? Не собираюсь.
Также мне не нравится идея того, что мою жену кто-то посмеет призвать в эти горы, когда посчитают, что ей пора умирать. Родители Терин ушли слишком рано и без видимых на то причин. И последний аргумент. Терин должна этим утром почувствовать зов. Вряд ли он просто так теперь исчезнет, возможно ее будет тянуть сюда постоянно и с каждым днем все сильнее и сильнее, мне нужна жена, думающая обо мне и немного обо всем остальном, а не исключительно об этих горах и ушастых фиолетовых мужчинах.
Аргументы Каллена о том, что идти надо сейчас, а не когда-то потом приняли сразу, а вот его желание продолжить поход, а не переждать тут, не принял никто. Спор был более чем жарким с нашей стороны, муж же оставался спокойно-непреклонным. Его высочество правда все упрашивали остаться, в том числе и я. Чуть не расплакалась. Чувствую себя виноватой. Ощущение, будто именно я тяну его на верную смерть из-за этого дурацкого посоха.
