– Да вы и не хихикайте, а присмотритесь получше!
Под «вертопрахами с цветами и модами», как ни странно, она имела в виду бедного кируса Террино. Однажды, когда он заходил по делам, она услышала от него фразу «модное украшение». Кирус имел в виду украшение тортов. Но ман Сону было не убедить. Кирус, на свою беду, преподнес ей небольшой красивый торт, чем возмутил её до глубины души.
– Это что ли он сказать хочет, что я готовлю хуже, что честной поварихе он чужую еду дарит?!
Уж она-то теперь точно знала, что мое «доброе имя» под угрозой от всякой там «моды и прочих глупостей»!
С тех пор в дни его визитов к чаю подавались исключительно конфеты и пирожные из моего цеха, а к столу кируса Марта обязательно ещё и пирожки с мясом, булочки и холодная мясная нарезка.
Надо сказать, что каждый из кирусов был вполне доволен тем, что стояло на столе. Так же довольна была и ман Сона, свято уверенная, что она указывает кирусу Террино что его визиты всегда не кстати, раз для него не находят «нормальной», домашней еды.
К моим кондитерским экзерсисам ман Сона, надо заметить, всегда относилась по принципу – чем бы дитя не тешилось...
Вот и сегодня, как обычно, на столе горкой высились сырные булочки, кунжутные хлебцы, горчица, острый соус, несколько сортов мяса и скромная вазочка зефира. Чаепитие с кирусом Мартом всегда напоминало полноценный ужин. Наконец, кирус, жмурясь от удовольствия, доел кусок домашней буженины, сделал последний глоток чая и вопросительно глянул на меня.
– Кирус Март, как вы думаете, не стоит ли нам прогуляться в порт? Там есть одна лавочка, где продают удивительной красоты раковины.
..
Кир Гинза тихонько вздохнула...
В той самой припортовой лавочке, где кир Гинза задремала в углу, удобно устроившись в кресле хозяина, кирус Март сделал неожиданную вещь. Он купил одну из этих шипастых красавиц, чёрно-бурых с наружной стороны и перламутрово-розовых, с переливами и вкраплениями мелких алых брызг. И прямо там, у прилавка, сказал, протянув мне это диво:
– Кир Стефания, это мой подарок.
.. подарок вам. Вы удивительная. Но... Я приехал сказать, что решением судейской коллегии я восстановлен в правах и мне вернули звание риста...
– Вы... вы хотите сказать, кирус Март, что приехали попрощаться?!
– Почти так, кир Стефания. Разумеется, мы ещё увидимся, только... Понимаете, весной я уеду сдавать экзамены в Королевской Академии. А потом, возможно, мне дадут судно..."
"Всю дорогу домой мы натужно молчали, под недоуменными взглядами кир Гинзы.
