Я подала ему большую чашку янтарного напитка, подвинула зефир, от которого он небрежным кивком головы просто отказался и приготовилась слушать.
– Может, вы и правы, кир Стефания. Моя семья... Понимаете, я очень люблю их всех, но им это... ну, как-то неинтересно, что ли... Получается, я ни разу толком и не рассказывал о том времени. Наверно, именно поэтому и написал книгу – мне хотелось выговорится...
Как-то я обмолвился вам, что в свое время умудрился доставить много неприятностей родителям... Да... Так и было.
В тринадцать лет я ухитрился сбежать из дома. Подростком я был крепким, высоким, добавил себе пару годков и прибился юнгой на большое торговое судно «Маринеро»...
Слушая прерывистый, не всегда точный хронологически, рассказ кируса Лерго, я готова была открыть рот, как восторженная дурочка! Это было потрясающе! Та самая экзотика и романтика дальних странствий, только грубее, реальнее, настоящая жизнь, а не вымороженные и приглаженные романтичные сказки! Я даже шевелится не хотела – боялась сбить его настрой.
А кирус все говорил и говорил, вспоминал и примитивный, жёсткий быт матросов, иногда – оплеухи, конфликт с коком.
Рассказывал, как на судне «Мираж» грамотный смышлёный подросток приглянулся помощнику капитана и тот, в свободное время, начал обучать парнишку читать карты, ориентироваться по звездам и пользоваться компасом.
Как менял суда и как попал в тот бой – разумеется, никто не собирался брать с собой мальчишку в опасное место...
Тот молодой рист не просто выжил сам, но ещё и выволок на себе из под обстрела раненого Лерго.
– И поверьте, кир Стефания, ему было не так и легко. Сам он был хоть и жилист, но не велик ростом и сухощав. Я весил, пожалуй, даже больше, чем рист Сарто...
Отдельно можно написать ещё книгу о том, как они пробирались сквозь джунгли, ухитрившись заблудится, как воспалилась рана и рист связал юнгу и прижег раскаленным кинжалом и как воняло паленым...
Тут кирус Лерго остановился, как будто запнулся, глянул на меня:
– Простите, кир Стефания! Я слишком увлекся рассказом.
Не подобает пугать юных кир таким... такими гадкими вещами.
– Кирус Лерго, это не гадкие вещи! Пожалуй, я завидую вам.
Он улыбнулся моей восторженности и, наверное, мы первый раз посмотрели друг на друга с неким интересом.
– Прошу прощения, кир Стефания и кир Гинза, боюсь, я злоупотребил вашим гостеприимством. Уже совсем поздно, но у вас так уютно, что я не заметил, как пролетело время.
