Она выглядела словно обиженный ребенок — её нежный профиль был обрамлён светлыми локонами, а на губах застыла печаль. Только бантика на голове не хватало.
— Ты не в себе, Хелен, — скуксившись, заявила Гвен. — Хорошо, я тебя оставлю, если ты так хочешь, но…
— Без «но», просто отвали, — зажмурилась я, продолжая уходить. Поддержка ее мне сейчас была ни к чему. Да и подругами нам явно было не суждено стать.
Однако когда Гвен все же оставила меня в покое, я отчего-то ощутила неясный укол вины. Возможно, зря я так грубо с ней?
Кое-как добравшись до своей лавки, с удивлением обнаружила целехонькую дверь.
Кажется, кто-то успел похлопать, пока я вела диалог с Гвен и тащилась сюда, чтобы скрыть следы ночного визита. Только в этот раз меня подобная расторопность ни капли не обрадовала.
Я толкнула дверь, и она послушно открылась, скрипнув на старых петлях. Внутри лавки царил полумрак: лишь несколько тусклых магламп горели под потолком, отбрасывая тени на стены. Запах трав и настоев, смешиваясь с пылью, висел в воздухе, напоминая о специфичности жизни владельца этого места.
То есть меня.
Вошла в лавку, больше уже не надеясь ни на что и так и замерла на пороге, хмуро смотря на прилавок. Вернее, на того, кто за ним стоял, нагло шарясь в зельях с полки.
— Опять ты, — буркнула грозно, стараясь придать голосу уверенность, хотя внутри всё сжималось от раздражения и усталости.
— Нагулялась? — усмехнулся черный дракон. На этот раз его голос звучал как мягкий бархат, но с налётом насмешки.
Я почувствовала, как моё терпение начинает иссякать. В ответ на его поддразнивание у меня возникло желание бросить что-то в него. Хотя бы пустую банку от зелья. Но прежде чем я смогла что-то сказать, он посмотрел на меня более внимательно. И тут же всё его веселье сошло на нет. В его взгляде мелькнуло что-то вроде беспокойства.
Разбираться в причинно-следственных связях подобного явления не стала по одной простой причине. Я грохнулась в обморок.
В тот момент мир вокруг меня начал расплываться — звуки становились глухими, а свет казался слишком ярким и резким. Казалось, будто я падаю сквозь пелену тьмы.
И, возможно, то глюк моего сознания, потому что прежде чем окончательно провалиться в беспамятство, я ощутила парочку наглых горяченных ладоней на своей талии, крепко удерживающих мое тело.
22
На этот раз просыпалась с трудом. Ничего не снилось, зато за окном неизменно царил полумрак.
