Я была как маленькая лачужка во время шторма, и каждое касание Дормора было подобно волнам, которые поднимали меня всё выше и выше. Я не могла понять, почему так легко поддаюсь этому искушению.
Мне неведомо чем бы закончилось это наваждение, которое никак, кроме как безумием, нельзя было назвать, как вдруг не раздался звон колокольчика.
— Ой, простите, я не вовремя, да? — смущённо пискнула очередная посетительница, лица которой я даже увидеть не успела, и тут же умчалась прочь, судя по хлопку двери.
Дракон отскочил от меня, как ошпаренный, будто не веря в то, что случилось.
Грудь его вздымалась от учащенного дыхания, а затуманенный взгляд был полон… Впрочем, что мне до этого взгляда теперь? Самой было не лучше.
Чувствовала себя как на краю пропасти. Одно неверное движение — и дорога мне прямиком в бездну.
Не ведая, что творю, я вскинула руку и залепила ему звонкую пощечину. Ладошка зачесалась от силы удара. А следом, пока Дормор не успел опомниться, ещё одну. Закрепила бы результат и третьей, но черный дракон к этому моменту успел прийти в себя, сведя темные брови у переносицы.
— Не смей, — холодно произнес он.
— Это ты не смей! — теперь я уже принялась бесконтрольно толкать его в грудь, на фоне накатывающей истерики позабыв о том, что обращалась к нему исключительно на «вы». — Не смей преследовать меня! Не смей приближаться ко мне! Говорить этим своим осточертевшим повелительным тоном! И целовать меня тоже не см…
— Успокойся, ведьма.
— Я спокойна! — выкрикнула я с таким гневом, что сама едва могла в это поверить.
— Какого хрена ты вообще привязался ко мне? Проваливай отсюда, Дормор! — заявила, чувствуя, как слёзы накатывают на глаза.
Я вела себя, словно самая настоящая истеричка, что, разумеется, не делало мне чести. Но как быть, если сердце в груди разрывалось из-за горечи от осознания того, что произошло?
Я ненавидела черного дракона. Всей душой. Всем своим естеством. За то, что угрожал мне. За то, что намеревался прикончить при каждой нашей встречи. За то, что постоянно ломал мои планы, а ещё… за то, что даже после столь сладкого поцелуя, чье тепло все ещё сохранилось на моих губах, он продолжал смотреть на меня так, будто я пустое место.
И вот ему я должна устроить счастливый финал? Да ни за что на свете!
— Смеешь приказывать мне? Ты? Даже зная то, на что я способен, — в его темных глазах проскользнула явная угроза. Они сверкали, как угли в костре, полные ярости и непонимания.
Но мне на это было уже глубоко начхать.
