А если не ждали, значит можно по-тихому и уйт…
— Вот мы и встретились вновь, — послышался голос со стороны балкона. Ветер развивал занавески скрывая личность говорившего, но силуэт проглядывался довольно хорошо.
Правда, меня это едва ли успокоило. Я икнула, а кожа покрылась миллиардом маленьких мурашек. Потому что, блять, теперь-то легко узнала, кому принадлежал этот голос!
— Здравствуйте, добрый господин! — звонко прозвучал голос Гвен, которая за каким-то чертом пихнула меня локтем под ребро и начала шепотом отчитывать меня: — Хелен, ты чего так побледнела? Мы же в гостях, нужно проявить хорошие манеры.
И тут меня накрыло ещё большим отчаянием. Твою же налево. Она, что, не узнала голос своего бывшего⁈
14
Кажется, в этот момент со стороны балкона послышалась усмешка.
Надо же. Черному дракону смешно. Обхохочешься просто!
— Приветствую тебя, Гвендолин, — Кхагар, по-прежнему не выходящий из тени говорил слишком мягко, можно сказать, даже ласкающе, демонстрируя свое расположение к девушке.
— Вы знаете мое имя? — озадачилась истинная принца Литерии, захлопав ресницами и уставившись в сторону говорившего.
— О, я многое о тебе знаю…
Боги, меня сейчас стошнит от их обмена любезностями.
— Слушайте,добрыйгосподин, — вмешалась в их милейший диалог, сделав акцент на весьма удобной характеристике и понадеявшись, что мужик, то есть дракон, не станет портить себе лицо пред лицом любви всей своей жизни, — мы не хотели нарушать ваш покой. За это прошу простить нас. По правде говоря, мы вообще оказались здесь случайно, и нам пора.
Дела, понимаете ли.
Я надеялась, что это будет достаточно, чтобы он отпустил нас. Вдруг, удача будет на моей стороне? Дормор явно не собирался раскрывать свою истинную личность, раз все ещё не выполз с балкона и не схватил свою любимую в охапку, унося ее на крыльях ночи.
Во рту с чего-то вдруг появился мерзкий привкус горечи. Это меня так от их запутанной истории любви кроет? Фу, ну, вот, опять.
Главное, ни в коем случае не подавать вида перед Гвен, что я знаю об этом мужчине чуть больше, чем должна.
— Постой, но какие дела? — в недоумении вопросила она, в пух и прах разрушаю мою легенду. — Мы ведь просто шли домой.
Разрази гром всех существующих местных богов за их извращённую фантазию! Отчего они сделали эту девицу настолько языкастой?
— Насколько я понял, милые леди, ваш вечер свободен, — от бархата в голосе Дормора мне стало не по себе. Ещё больше, чем было до этого.
