— Это значит, что ты будешь моей женой, — повторил он, шагнув ещё ближе. Теперь нас разделяло всего несколько сантиметров. — Это наш единственный путь.
Я смотрела на него, и моё сердце колотилось так громко, что я была уверена — он слышит.
— То есть тебе неважно, хочу ли я этого? — прошептала, чувствуя, как голос дрожит.
— А ты не хочешь? — его взгляд впился в мой, обжигая.
Замолчала. Потому что ответа у меня не было. Или был, но я боялась его произнести.
Он наклонился, его губы почти касались моего уха.
— Ты хочешь, — прошептал он, и его голос был полон уверенности.
— Просто признай это.
— Ты невыносим, — прошептала я в ответ, чувствуя, как всё внутри трепещет.
— А ты — моя, — его слова были последним ударом.
Он выпрямился, его глаза изучали моё лицо, ожидая реакции. Но что я могла ему сказать? Что он прав? Что я не хочу уходить? Что я уже давно выбрала его?
— Я подумаю, — пробормотала я, отворачиваясь.
Он не стал спорить.
— У тебя есть время до рассвета, — сказал он, его голос был почти мягким.
Я замерла, но не обернулась. Только услышала, как его шаги удаляются, оставляя меня в тишине.
После того, Дормор ушел, все-таки заставила себя вдохнуть глубже. Мои ноги дрожали, но я не могла просто стоять здесь, уставившись в пустоту.
«До рассвета,» — его слова продолжали эхом звучать в голове. До рассвета, чтобы принять решение. До рассвета, чтобы понять, готова ли я связать свою жизнь с мужчиной, который, кажется, решил всё за меня.
Но, честно говоря, разве я не знала ответ уже сейчас? Разве не это меня пугало больше всего?
Я вышла в коридор, идя куда-то, сама не понимая, куда направляюсь.
Массивные стены замка, тёмные, будто впитавшие всю историю этого места, смотрели на меня безучастно.
«Почему Кхагар такой… такой упрямый?» — мысленно вздохнула я, чувствуя, как внутри закипает знакомое раздражение. Любовь или нет, но эта его привычка всё решать за других могла свести с ума.
Свернула в один из залов, где камин горел ярким огнём, и неожиданно ощутила, как тело начинает расслабляться от тепла.
Села на старый диван, обхватив руками плечи, словно это могло защитить меня от всего, что творилось вокруг.
Я всё ещё не могла поверить, что он сказал это.
«Ты будешь моей женой»."
"Сказал, будто это не предложение, а утверждение. Что за привычка у этого дракона — не спрашивать, а приказывать?
«Но разве ты не знаешь, что скажешь да?» — ехидно спросил внутренний голос, и я застонала, уткнувшись лицом в руки.
Он прав. Чёртов Кхагар Дормор прав.
