— Мы оба знаем, что я не хочу кофе, — с трудом выдавила она.
— А чего вы хотите? — Он поддел пальцем завиток рыжих волос. — Свои, настоящие?
— Я меня все настоящее. — «Молодец, Лара, — похвалила себя она. — Ответила правильно». — И я хочу вас.
Она выдержала его сверкающий взгляд и вздрогнула, когда он взял в ладонь ее лицо. Темная бахрома ресниц коснулась щек, но, когда он свободной рукой стиснул ей ягодицы, она снова на него посмотрела.
Он решительно прижал ее к себе, и у нее вырвался стон.
— Вот оно настоящее, — просипел он, дыша в лицо, и прикусил ей нижнюю губу.
— То, что вы со мной делаете, и есть настоящее. — Он нагнул голову и коснулся ртом пульсирующей жилки у нее на шее. — Вы — настоящее.
Когда в последний раз он испытывал что-то близкое к первобытному инстинкту обладать женщиной? Этот вопрос застучал в мозгу у Рауля.
Безумие!
Но безумие никогда еще не было таким сладким, и эта сладость ощущалась все сильнее по мере того, как росла страсть."
"А Лара вся отдалась поцелую, который, казалось, никогда не кончится.
Отдалась с жаром неопытности. Желание, дремавшее у нее глубоко внутри, теперь вдруг проснулось. Голова кружилась, рука интуитивно обняла Рауля за шею.
Ладонь Рауля накрыла ей грудь, она охнула, а большой палец сквозь красный шелк задел набухший сосок. У нее вырвался гортанный довольный стон.
Рауль заглянул в подернутые дымкой глаза, прижался к ней и задвигал бедрами. Ее глаза мгновенно потемнели, дыхание участилось, изо рта вырвался сдавленный крик, и она, подскочив, обвила длинными ногами его талию.
Рауль откинул волосы с ее лица и стал покрывать поцелуями нежную шейку, потом подхватил ее и направился к лестнице.
— Я не знала, что такое возможно… что это так хорошо… — Лара не подозревала, что произнесла свои мысли вслух. Когда он провел пальцами по ее подбородку, заставляя поднять на него лицо, она взмолилась: — Не останавливайтесь!
У него вырвался смешок. Не хватает еще прислонить ее к стене и овладеть ею прямо здесь! Рауль приказал себе не торопиться.
— Она слишком хороша, и он насладится постепенно.
— Я не собираюсь останавливаться, сага, — прохрипел он.
Она такая сладкая… Он снова просунул язык между пухлых приоткрытых губ и, продолжая целовать, понес ее к двери в спальню.
Лара смутно сознавала, что он несет ее через комнату к кровати на возвышении. Тело пульсировало от нетерпения, и она плохо соображала. Все, чего она хотела и что ей необходимо, — это он.
— Я так сильно хочу вас… до боли.
