А вот ты явно наслаждалась процессом, раз так заляпалась с ног до головы. Или это тебя ранили?
— Обойдешься, — рассмеялся я и попросил фею поджечь жидкость в поднятой стопке. Реакция была именно такой, как я ожидал, полыхнуло под полметра высотой, и несколько человек отстранились, глядя на огненное шоу. — Я хочу поднять тост за тех, кто сегодня лишился девственности, впервые убив! За вас, милые. Мы пьем за вас! Тех кому придерется убивать каждый раз, когда они завидят опасность. За всех тех, кто завтра утром решится продолжить путь вниз, в бездну.
Сегодня вы почувствовали кусочек, крохотную крупицу того, что вас ждет дальше. Пусть слабаки, которые еще хотят оставить себе души, бегут, демоны бездны заберут остальных! За вас! — произнеся тост, я залпом выпил горючку, в которой, как оказалось, совершенно не было воды. Чистый спирт, стопроцентный, ударил огнем в голову.
— Идешь на дежурство? — спросил у него в полголоса ангел.
— Тебя кинула партия? Во время сражения напарник не вернулся? Кого ты постоянно высматриваешь? — подбадривая, спросил я.
— Или сегодняшняя отрезанная голова и в самом деле оказалась для тебя первой? Выпей, станет легче, а после расскажешь, если захочешь.
— Ой, не могу. Группу? Давай, если выживешь к завтрашнему вечеру, я подумаю над твоим предложением, — весело ответила девушка, но я успел заметить обеспокоенность в ее взгляде, кинутом куда-то за спину.
Ангел, совершенно уверенный в своем оружии, остолбенело смотрел, как я щелчком скидываю с подушечек пальцев пепел.
Тифлинг одобрительно усмехнулся, да и от других внимательных взглядов такое действие не укрылось. Хотя, надо признать, огонь меча имел совершенно иную природу, нежели мое пламя, и даже просто взять лезвие оказалось болезненно.
— Просто ты единственная, кто знает дорогу к хорошей таверне! Радуйся, больше компания, веселее пьянка! — крикнул я, поднимая вверх кулак, на котором плясали вполне заметные язычки пламени. Веста старалась вовсю, да и ночь позволяла обойтись малой кровью. Произвести такое же впечатление при свете дня было бы в разы сложнее.
— Выпьем?!
— Ну, рассказывай, что происходит?
Сидящие на трибунах и возле выхода в подземелье искатели приключений выглядели совершенно по-разному. И дело не только в их расовой принадлежности, хотя и тут хватало разнообразия, главное — в глаза бросалась степень подготовки. Одни спокойно, словно в полевом лагере, обрезали края ран, смазывали и бинтовали, делая это как что-то само собой разумеющееся.
