Тащите эту падаль на алтарь. Мне нужна каждая капля его крови, — прогрохотал я, и дварф, притворявшийся, что упал в обморок, активно забился в путах. — Мои миньоны доведут вас до места. А если посмеете упустить добычу, ляжете на алтарь вместо него."
"Гном и хоббит, не видя ничего, понукаемые острыми когтями либлинов, тащили сопротивляющегося бородача со сломанными ногами. Одного мощного удара каменной лапы под дых хватило, чтобы он вновь отключился, так что двигались мы почти в тишине. Только постанывания раненых, скулеж при получении нового укола и грохот моих шагов.
Такой процессией: трое пленников, стерегущие их ушастые каменные котята и я, — мы добрались до точки, где были спрятаны вещи. Выход из подземелья обратно на арену располагался меньше чем в сотне метров, за углом. Но я подождал несколько минут, чтобы убедиться, что никого нет поблизости. Дварф, очнувшийся и понявший, что мы остановились, решил, что его сейчас будут убивать, и забился с утроенной силой.
— Тихо. Сидеть все.
Сторожить, — как можно более грозно пророкотал я, стараясь, чтобы страх довел их до инфаркта. Теперь предстояло решить, что конкретно делать с этими тремя.
Они уже достаточно напуганы и должны сыграть свою роль. Но дварфа я сразу обозначил как жертву и отпустить не мог. Гном мне нужен для получения информации, остается только хоббит. К тому же именно этот поганец был предателем с повязкой, которого я опознал, а значит, за ним проще всего следить в будущем.
Подготовка не заняла много времени.
Веста сумела изменить потоки внутреннего пламени так чтобы на каменной маске появились светящимся оранжевым светом глаза, а рот при открытии испускал дым и языки пламени. Для полного демонического образа разве что рогов и хвоста не хватало. Пара ударов вырвала болезненный сон, сдирая кожу с лица осколками камней на пальцах, я снял повязку с хоббита.
— Я решил. Ты помог мне, маленький червячок, доставил два сладких тела для жертвоприношения. И я сохраню тебе жизнь. Беги и передай.
Владыка катакомб требует свою долю. Сегодня все твои товарищи умрут, но ты сможешь выжить. Помни! Доля от каждого кто пользуется моим подземельем! — проревел я, демонстративно разрывая веревку, связывающую его с бывшими товарищами, которых он, без сомнений, бросил, мгновенно скрывшись в темных коридорах и скуля от страха.
— Проследите, вокруг должно быть пусто, — приказал я либлинам и, убедившись, что все чисто, наконец снял с себя защитную форму.
