Я все сказал, — произнес мужчина и растворился в воздухе, однако я успел заметить взгляд восьми гигантских глаз, будто рентгеном просвечивающих меня насквозь. Это существо явно не было человеком, как и вообще гуманоидом. Скорее чудовищем, на мгновение принявшим знакомую мне форму.
— Портал, — приказали сопровождающие и, прежде чем я успел подскочить, увели Соню.
Черт. Ладно. Теперь я знаю, что она здесь, жива и находится под контролем разума. Иначе как объяснить, что она не отреагировала на мои слова? Даже если она меня не узнала, должна была все понять.
Но если нельзя телепортироваться в замок, значит, они остались неподалеку, и я смогу снова ее найти. Но теперь буду готов. Придется вычислить, кто из двух телохранительниц управляет ошейником, и заставить его снять. Иначе никак.
— Еще раз приблизишься к госпожам-настоятельницам, и мы снимем твою тупую башку с плеч, ты понял меня, деревенщина?! — набросился на меня воин, не сумевший до этого выполнить приказ.
— Ага, не мог бы ты свою просьбу написать на бумаге?
— Зачем? — ошалело спросил стражник.
— Как зачем? — чуть удивленно ответил я. — Чтоб подтираться удобнее было.
— Че ты сказал, урод?! — уже в спину мне крикнул стражник, соображавший над ответом несколько секунд. — Ничего, я тебя в подземелье уничтожу!
— В очередь. Сразу за артелью дварфов и всеми остальными, — зло ответил я, подходя к стоящему чуть в стороне Радаману, возле которого уже собралась небольшая группа. Тифлинг, зевая, вместо приветствия вручил мне светоотражающую повязку со странными рунами и продолжил объяснять путь:
— После того как вам откроют врата катакомб, вы вступите в зону отбора, — рассказывал невыспавшийся герой, раскатав приличных размеров карту.
— В ней, как и в Бездне, нет законов, званий или знатности, вы в праве действовать в одиночку или объединяться в группы. Главная задача вам известна, время выполнения — двенадцать часов. После этого остатки противников будут истреблены магией господина.
— И в чем тогда смысл спуска? — спросил один из эльфов, судя по вскинутой голове, гордый потомок древнего рода.
— Пусть сразу очистит подземелье от паразитов, и дело с концом.
— Смысл? — усмехнувшись, поинтересовался Радаман. — В том, чтобы из всякого благородного говна, считающего, что за него все должны делать другие, вытащили кишки. До вас иначе просто не дойдет, что после смерти рабов в бой придется вступать вам самим. А вы просто не готовы. Почти никто из вас.
