— Ежедневно мне удастся создать не больше четырех объектов даже с помощью либлинов, а вечером вы сами сможете оценить их эффективность и выбрать следующее здание.
Так растущий алмаз можно поставить только между бездонным рудником и деревом бесконечных побегов. Книгу призыва — только в библиотеке, которая ставится между сердцем и деревом. Каждая сохраненная связь должна приносить существенные бонусы к производительности, хотя можно от них и отказаться, взвалив все на каменные плечи либлинов.
Что я могу сделать в такой ситуации? Только стать сильнее.
Намного сильнее. Равным божественным героям и Распорядителю. А для этого есть только один способ — спуститься к играющему богу и получить его благословение.
— Может получиться так, что я отлучусь не на один день. Простаивать в такие моменты подземелье не должно, — ответил я, решив не уточнять детали. — На охране я оставлю тебя с либлинами и группу живых. Этого достаточно, чтобы отбить небольшое нападение."
"Готовые постройки: алтарь, тюрьма х1, дома либлинов х1, огненная ловушка х1, каменные ворота х1, дерево бесконечных побегов (идет рост), бездонный рудник (накапливает).
— Не привыкай, — нахмурился я, кладя ладони на алтарь, перепачканный выгоревшей кровью. Несколько черепов лежало у подножия, светя проникающим из сердца подземелья огнем. Сознание тут же отдалилось, показывая все подземелье. Да уж. Владыка катакомб. Шутка, услышанная слугой бога, может выйти за все приличествующие рамки.
Я часто видел, как работали с бойцами, получившими птср.
Самые слабые ломались первыми, становились агрессивными, бросались на противника с кровью в глазах, быстро скатываясь к постоянной агрессии, направленной в том числе и на сослуживцев. Даже хищные звери нормальнее. Другие перекладывали свою вину на других: «меня заставили», «меня вынудили», «это убил не я». Третьи переставали считать врага живым и разумным. Они убивали не человека — они убивали гука, бревно, душмана. Четвертые твердили, что они в игре, но возвращались домой, а игра не заканчивалась.
Сразу же крупная партия из тридцати героев при том, что мне лично пришлось убить семерых. А если бы Веста не устроила объемный взрыв в замкнутом пространстве, было бы больше. Отпусти я пятнадцать противников, они начали бы рассказывать о частичной победе, расхваливать себя, оправдывая поражение, и подбили бы на повторное путешествие целую армию, с которой мне уже не справиться. А даже если бы я успел подготовится лучше — пришлось бы убить в десятки раз больше.
