— Чертова магия, — вдоволь насмотревшись, я вышел наружу, тело погибшего и оружие уже убрали. Орки смотрели на меня с ненавистью, но прямых действий против пока не предпринимали. Уже хорошо. Выстояв длинную очередь, я сдал найденные камни.
— Шлак. Ничего не стоит, — фыркнул седой дед с длинной бородой. Тот самый, что утром выдавал страховки. — А за победу кормежка тебе положена. Держи. — С этими словами он протянул миску со странной серой субстанцией, в которой что-то плавало. И при этом шевелило ножками. Твою мать.
Нет, мы, конечно, ели кузнечиков, нам всякое показывали, но вот так.
— Эй, рогатый, выдай обалдую нормальной еды, — сказал басом идущий за мной огр, по крайней мере, я для себя этого гиганта под два с половиной метра, с двумя головами, обозначил именно так. — Завтра будет новый день.
— Верно, завтра будет новый день, — нехотя кивнул дед, и я увидел в его густой шевелюре хорошо прикрытые рожки. — На, герой. Ешь. Может, последний твой нормальный ужин, который ты запомнишь. А если перестанешь драться — точно последний.
— О чем вы? — удивился я, забирая глубокую тарелку, полную пахнущей настоящим мясом каши.
— Поймешь, — ухмыльнулся огр, забирая свою порцию еды. — А если нет, тем лучше. Тем спокойнее будешь жить. Наш тебе совет. Найди самку своего вида и прямо сегодня, до отбоя, переспи с ней.
— Что за бред? — спросил я вслед уходящему огру, но тот уже не обращал на меня внимания. Зато в мою сторону смотрели орки, фавны и прочие. Теперь не только со злобой, но и завистью.
Впрочем, не они одни. Далеко не все из людей вообще получили еду. Большая часть, процентов семьдесят, отправлялась на сон с голодным желудком.
— Слушай, парень. Не хочешь поделиться? — спросили несколько подошедших ко мне мужчин. — А то как-то не слишком честно, что тебе паек лучше достался, хотя работали все. Не по-людски это.
— А в рыло не хотите? Ну так идите завтра на арену и добудьте себе еды, — ответил я, сжимая в кулаке сумку с камнем. Если бы они просто попросили, я бы поделился, но с таким наездом, да еще толпой на одного, как настоящие дикие макаки.
— А еще лучше — вон, орки, огры и прочие. К ним попробуйте пристать.
— Ты что, свой народ не уважаешь? — нагловато спросил щуплый малый с наколками на руках. — Отбиваешься от остальных? — подался вперед бандос, и я, улыбнувшись, не стал сдерживаться. Ударил, но не по лицу или телу, по ошейнику. Получилось не хуже, чем киркой, да только пацанчик явно слабее скалолаза оказался.
