Как же хорошо… Мы наблюдали за тем, как солнце постепенно исчезает за горизонтом, а его лучи играют в неторопливо бьющихся о камни волнах… Что?! Закат?!
– Берт, мне срочно нужно в Академию! – я вскочила на ноги. – Меня же не пустят, будет докладная профессору Горрейн, а я и так сегодня отличилась!
Ящер понятливо кивнул, и мы тут же полетели обратно, с сумасшедшей скоростью, от которой закладывало уши, кажется, даже у Берта. Беда в том, что море было далеко, а солнце садилось быстро… У знакомого поворота я оказалась почти в полной темноте.
Тяжело дышащий Берт настаивал на том, чтобы отнести меня прямо в комнату, но я отказалась – чревато, слишком много вопросов возникнет на следующий день. Чмокнув ящера в морду, я подхватила мантию и бегом понеслась к воротам. Только бы меня пустили!
– Опоздала, Рэйн, – меланхолично высказал мне охранник и взял в руки бумагу, в которой, судя по всему, были записаны мои данные.
– Я больше не буду! – клятвенно пообещала я, прижав руки к груди. Конечно, в следующий раз я лучше сразу на Берте улечу! – Не отмечайте мое опоздание, пожалуйста!
Охранник скептически поднял бровь:
– И где же ты так задержалась?
– Обувь выбирала, – не моргнув глазом соврала я.
– Знаете, она вся такая нестандартная…
Он хмыкнул и весело заметил:
– Прическа у тебя нестандартная, Рэйн, а обувь в лавке самая обычная, да и не так ее много, чтобы тратить на примерку несколько часов. Ладно, на первый раз прощается, топай, но предупреждаю, что привратник уже закрыл двери, если уговоришь его – считай, что тебе повезло.
– Спасибо! – искренне поблагодарила я и понеслась вперед. Закрыл, значит? Ну и ладно, я не собираюсь идти через парадную дверь, мне другая известна!
Мысль о том, кто показал мне тайный проход в Академию, неприятно кольнула сердце, но я постаралась от нее избавиться. Мне срочно нужно попасть внутрь, а ведь еще с Сильвией объясняться, и…
– Никогда и никого не ждал столько времени, – услышала я знакомый голос, и едва не налетела на… опять?! – Даже боюсь предположить, что ты делала в деревне… и в деревне ли?
Змей стоял у стены, той самой, в которой была спрятана нужная дверь, без мантии, с засунутыми в карманы брюк руками, а белая рубашка ярко выделялась на фоне темно-серых камней.
Я едва не задохнулась, а замечательное настроение и радужные эмоции, подаренные Бертом, испарились в мгновение ока. Я отступила на несколько шагов и сжала кулаки, и землю между нами молниеносно вспорола широкая трещина.
