Белые косточки, да с мясом…
– Берт!
– Молчу-молчу, садись, – ящер начал разворачиваться на подоконнике, и мне пришлось слезть на пол, а затем быстро взобраться на чешуйчатую спину и обхватить шею руками. – Держись, Лекса!
Мгновение – и подоконник моей маленькой тюрьмы оказался далеко позади. Хорошо бы Олберт состарился, поджидая меня, или хотя бы уснул. Вот повеселятся утром артефактники, когда обнаружат спящего Змея у двери женского туалета!
Глава 7
Я указала Берту, куда лететь, и он виртуозно приземлился на наш подоконник.
Мы с Сильвией отставили окно открытым – затхлый запах в давно нежилой комнате не радовал, и сейчас я похвалила нас обеих за предусмотрительность.
Ящер вцепился когтями в подоконник, и я легко соскользнула на пол. Оглядевшись, Берт признал, что устроилась я неплохо, и выжидающе уставился на меня.
– Рассказывай, что произошло за те два дня, пока я тебя не видел.
Вздохнув, я уселась на кровать и собралась с мыслями. По мере моего повествования Берт хмурился и сжимал когти, царапая крашеное дерево.
– Сожру, вот как есть сожру, – пообещал он. – Главное – покажи мне его, а зеленые глазки деликатесом пойдут.
– Берт! – охнула я.
– Ладно, мне пора, – расплылся в улыбке ящер. – Поздно уже, а у тебя завтра занятия. Выше нос, Лекса, я не дам тебя в обиду.
– Спасибо, – я обняла его за шею. – Прилетай, хоть каждый день. С Сильвией я поговорю, она тебе понравится.
– Хорошо, – кивнул он, – если можно – повесь или положи на окно что-нибудь красное
– так я издалека увижу.
С защитой у вас что-то непонятное, попробую разобраться, почему так. Спокойной ночи, Лекса.
– Добрых снов, Берт. Спасибо тебе!"
"Ящер фыркнул, развернулся и, расправив крылья, исчез в ночи. Я проводила взглядом неясный силуэт и, наконец, дотронулась до браслета.
– Лекса! – голос Саны дрожал, то ли от негодования, то ли он беспокойства. – Где ты была, почему так долго не появлялась?
Ну, если уж моя сестренка так нервничает, значит, дела плохи.
Или просто соскучилась. Последняя мысль была приятнее, и я решила остановиться на ней. Вкратце рассказав о событиях минувшего дня, я удостоилась восклицаний ""Молодец, сестренка!"" и ""Что же теперь будет?!"", а затем решительно перевела разговор:
– Что там у тебя происходит, рассказывай!
И услышала тяжелый вздох Алексаны.
– Если честно, то ничего хорошего. Сегодня с отцом ездили в город, он по своим делам, а я зашла-таки в кондитерскую.
