Покажем товар лицом, а, папа?
Отец побагровел:
– Если ты надумаешь что-нибудь выкинуть, то…
– То что? – я внимательно посмотрела на него. – Лишу тебя хорошей прибыли? Опозорю наш род? Ты же сам говорил – он уже давно опозорен и бабушкой, и мамой! Ну добавлю малую толику… а вот судьбой моей сестры меня пугать не надо! У Саны в любом случае все будет хорошо.
Барон Милн, сощурившись, посмотрел на меня:
– А ты изменилась, стала еще более дерзкой, нежели была. Для чего же ты сегодня заменила свою сестру? Я ведь даже заходить к тебе не стал, чтобы лишний раз не ругаться.
Какая забота, я тронута!
– У меня есть свои причины, – коротко ответила я. – Давай сюда руку, будем изображать счастливого отца и покорную наяну, ты же именно этого хотел?
– У тебя не получится, – фыркнул отец и неожиданно улыбнулся, – зараза ты, Алексия, в кого только?
– Тебе напомнить? – подняла я бровь.
– Уволь, – отмахнулся он, поднимая локоть, за который я тотчас же ухватилась.
Мы спустились по лестнице на первый этаж и направились к Большому залу, именно там должен состояться бал.
Коридор был заполнен до отказа, все толпились у входа: медленный распорядитель не торопился объявлять присутствующих. По правде говоря, я бы предпочла, чтобы нас никто не объявлял, ведь не удостаиваются же этого адепты? Но, боюсь, у отца были другие планы.
Едва мы подошли ближе, как я почувствовала на себе не одну восхищенную пару глаз. Даже не сразу догадалась, откуда такой интерес, а потом вспомнила, что я уже не адептка Рэйн, а леди Милн, наяна… Мда.
В числе заинтересованных заметила и свиту Змея – надо же, и они падки на женскую красоту. Ну и получите! Как жаль, что нет возможности подойти и насладиться своим триумфом в полной мере.
Все-таки красота – страшная сила! Когда мы приблизились к атакующим вход, большинство из них разошлись в разные стороны, увлекая за собой недовольных вторых половин, и смотрели на меня с восхищением. Как же я от этого отвыкла… Отец просто лучился счастьем и прорывался к входу в зал.
Ему это легко удалось, многие расступались, едва взглянув в мое лицо. Видимо, у меня судьба такая – поражать своим видом…
Неудивительно, что у двери мы оказались за считанные секунды, и отец поспешил сунуть белый картонный прямоугольник распорядителю. Да уж, если бы не граф Оттен, не видать отцу приглашения, как своих ушей. Барон приклеил на лицо одну из самых очаровательных улыбок, а я последовала его примеру.
