Декан нахмурился:
– Неужели никаких других способов нет? Вам тоже надо учиться, я наслышан о вашей магии земли и способностях к зельеварению.
Я пожала плечами:
– Мне поможет чудо, – улыбнулась я. – Скажите, не видите ли вы в моем будущем этого самого чуда?
Теллер лукаво улыбнулся:
– Вы же просили не влезать в вашу голову, Алексия. Впрочем, для этого и влезать не надо, можно посмотреть и без конкретики, если хотите, – он внимательно вгляделся в мое лицо, и мне стало как-то не по себе. – В ближайшее время вы исполните то, что предназначено судьбой, но потом обстоятельства заставят поступить абсолютно правильно, хотя это окажется для вас большой ошибкой.
К сожалению, без того, чтобы присоединиться к вашим мыслям, а вы этого не хотите, я ничего более определенного сказать не могу.
Я вздрогнула:
– Спасибо, профессор Теллер, вы правы, не хочу. Но если вы собирались меня напугать, то у вас это отлично получилось!
– И в мыслях не было, – серьезно сказал декан. – Слушайте свое сердце, Алексия, оно никогда не подведет, – он поднялся.
– Конечно, это против правил, но раз мы все так или иначе отличились, обещаю, что сохраню ваш секрет. В любом случае, леди Милн, в ближайшем будущем вас ждут перемены.
Он кивнул нам, попрощался и вышел. А мы сидели с Алексаной и смотрели ему вслед, открыв рот. И что бы значили его слова?!
Глава 25
После обеда прибыл курьер от Эммы. Точнее, курьерша, невысокая и невзрачная девушка, почему-то сразу подумалось, что тайные поручения она выполняет не первый раз.
Слишком уж вид был у нее неприметный, а уж то, что на ней оказалась мантия нашего факультета, несказанно удивило. Хорошие связи у бабули…
Протянув мне большой сверток, она сделала книксен и тут же исчезла. Мы втроем с Сильвией и Саной, появившейся из ванной, где она спряталась, когда постучали в дверь, тут же вскрыли бумагу. Внутри оказалось несколько вещей: длинное, переливающееся на свету ярко-синее платье, точь-в-точь под цвет глаз наян, туфли в тон на невысоком каблуке, за что Эмме отдельное спасибо, и небольшая бархатная коробочка с колье и диадемой из сапфиров.
Мы в изумлении разглядывали камни, и я нахмурилась:
– Как я все это надену? Сана, – я повернулась к сестре, – отец видел платье, в котором ты собиралась пойти на бал?
– Нет, – она покачала головой, – он был так занят, что даже разрешил мне одной походить по лавкам, и знает, что платье для первого бала давно куплено.
– А что делать с украшениями? – я снова взяла в руки колье.
