Свежая, улыбающаяся ямочками щек, блестя зубами, она торопливо шагала к конторе.
— А вы наберете в боты снегу, — пошутил Гурьян.
На крыльцо поднялся Клыков. Вандаловская поздоровалась с обоими и, стряхнув снег с шоферской шапки, указала на сопки.
— Я сейчас смотрела в окно на эти горы и припомнила один способ механизированной подачи леса. Здешняя местность гораздо удобнее той. Смотрите, какой крутой уклон от вершины до этой поляны.
— Не представляю. — Главный инженер зашевелил обрубленными усами, хмурился от солнца.
— Не представляете? — лучистые глаза Вандаловской широко открылись. — А по-моему, вещь очень простая… Ведь строим же мы бремсберг и сплотки… Здесь же нужно укрепить столбы и по ним натянуть канаты или просто настелить бревенчатый мост с барьерами по бокам, и лес пойдет с горы собственной тяжестью.
Гурьян молча выжидал конца разговора. Он вполне соглашался с проектом Татьяны Александровны, но хотел узнать мнение Клыкова.
— А ведь верно будет, Иван Михайлович, — вмешался подошедший Антропов.
— Здесь лошадьми обслужить лесозаготовки трудно. Ну, как, например, взять материал с вершины?
— Может быть… Нужно посмотреть. — Главный инженер спустился с крыльца и, опираясь на трость, зашагал к квартире.
А на третий день, когда половина лесовозов, покалечив лошадей и сбрую, не выехала на работу, Гурьян, запыхавшись, влетел к Вандаловской.
Татьяна Александровна расчесывала волосы, а они непокорно топорщились, трещали под гребенкой, рассыпались.
— Облысеете, — пошутил он.
— Ну что вы.
Они у меня, как дурная трава. Садитесь.
Директор украдкой оглянул хозяйку и мысленно сравнил ее с Варварой. Ему обидно стало за себя, за уходившие годы. «Скоро тридцать семь», — подумал он.
— Вы чем-то опечалились? — спросила Татьяна Александровна, поправляя зеленый свитер, плотно обтянувший ее высокую грудь.
— А как же вы думали… Ведь если трест не утвердит нашего решения, то придется здорово мозгой крутить.
Она размашисто опустила руки.
— Ну-с, я готова… У вас дело?
Гурьян улыбнулся в черные усы.
— Я насчет вашего проекта… Осмотрим сопки и будем смекать. Вы верхом на лошадях ездите?
— О, еще как!
— Только в юбке-то неловко будет, — заметил директор.
— А я в шаровары облекусь. У меня есть.
Они выехали, прихватив Клыкова. Пристывший снег громко хрустел под копытами. На полянке, у подножия сопки, валялись свежие бревна, исковерканные сани, волокуши и два коня с переломленными ногами.
— Это вчерашние трофеи? — удивилась Вандаловская.
![Обложка книги Борель. Золото [сборник]](/uploads/posts/images/6/borel-zoloto-sbornik.jpg)
