— Ну, все же… В прошлом году мы имели около десятка скважин и все дали отрицательные показатели… Все скважины не обеспечивают коэффициента больше единицы, а это, вы понимаете, Татьяна Александровна, не дает нам права на затраты. «Эмпайром» пробовали…
Гурьян загадочно улыбнулся. Вандаловская поправляла шляпку.
— «Эмпайру» еще нельзя особенно доверять, Иван Михайлович.
— А почему нельзя? — кольнул глазами главный инженер.
— Аппарат больно капризный. За границей, например, в почете бурение «Кийстоном», большой популярностью пользуется даже станок «Крейлиуса».
— Ну, это зависит от породы… К сожалению, других аппаратов у нас еще нет…
Инженеры и директор спустились в шахту.
Работы велись на двадцатом метре. При слабом свете лиц шахтеров нельзя было различить. Сквозь крепление просачивалась мутная жижа.
— Вот эта штука когда-нибудь покажет себя, — указал Гурьян.
— Да, плохо отведена вода, — согласилась Вандаловская.
Они прошли шесть забоев и остановились в последнем.
Два забойщика и откатчик курили, сидя на готовой кучке руды.
Молодой густобровый парень толкнул бородача и шепнул:
— Кто это?
— А кто ее знает… Инженерша, видать…
— Во, брат, бабец… Мотри какая…
— Не охальничай, — сплюнул бородач.
Бутов поднял фонарь и отколупнул комок породы."
"— Вот куда пошла жила, — ткнул он пальцем на дно забоя. — Значит, надо углубляться и подаваться прямо…
— А внизу камень, — вставил Клыков.
— Ну и что ж… Надо пробить и, как я смекаю, скорее распластнуть увал канавой…
— Рано еще, Нил, — отозвался Гурьян.
Вандаловская повернулась к директору и поддержала шахтера:
— По-моему, товарищ хорошую мысль подает. Это он толкует о бремсберге с бесконечной передачей.
— Во-во, — обрадовался шахтер.
Главный инженер шевельнул усами и открыл рот, но спорить, видимо, раздумал. После производственного совещания он, казалось, смирился, только по загадочно блестевшим глазам можно было понять, что инженер нетерпеливо ждал решения треста и партийной организации рудника.
Забойщики взялись за кайлы, и подземелье вдруг ожило, вздрогнуло, железный гул полетел к стволу шахты и дальше, к плохо греющему сентябрьскому солнцу.
Откатчики сталкивались тачками в узких коридорах, грозно покрикивали:
— Эй, шевелись, шевелись!
— Закрой рот, а то ворона залетит.
7
Катя быстро шагала по своей чисто прибранной комнате и жестикулировала:
— Как не стыдно, Костя. Пьянка, карты, грязь. Фу! Связался с шайкой Алданца, этого глота… Ты парень не тот, а он сделает из тебя опять ширмача.
![Обложка книги Борель. Золото [сборник]](/uploads/posts/images/6/borel-zoloto-sbornik.jpg)
