— Посиди… Ты не знаешь, что такое кошевочники?
— Нет, — нахмурился Гурьян.
— По здешним местам это первые налетчики. Пара хороших лихачей, аркан в руки и пошел… Попадется какой-нибудь лягаш в соболях или каракуле, а тут ему аркан на душу — и ваших нет… Тебя, длинноносого, Арлаха, видно, на это дело хочет обучить.
— Меня?
У Гурьяна остекленели глаза, толчками заколотилось сердце.
— Не меня же, — безмятежно продолжала Домна. — Тут надо с конями сладить и хорошо удавку наметывать, а ты, видать, не выболел.
Женщина вдруг озорно захохотала и припала к плечу Гурьяна.
— Угости коньячишком, зелененький."
"Парню жаль было менять деньги, но делать было нечего. Домна жадно схрустнула в руке бумажку, а через полчаса на столе приветливо искрилась коричневая бутылка. Женщина отхлебнула из чайного стакана, Гурьян ждал сдачи. Но Домна снова села рядом и, впадая в дружественный тон, продолжала начатый разговор:
— Врюхались вы сюда в доску… Я раньше тоже в горничных жила, но один стервец завлек меня и бросил… Семь лет в заведении держали, а теперь вот Арлашке досталась… Вор он страшный, но с ним неголодно… Если ты останешься, то могу быть твоей втихаря.
— Она потянулась и прошептала: — Ах, как охота в «Алдан».
— Ну и иди, — обрадовался Гурьян, затаив мысль о побеге из подвала.
— Нельзя мне туда… Городушница я. Засыпалась по одному делу, а духи ниточки теперь разматывают.
Домна шаткой походкой прошла к столу и выпила все оставшееся в стакане. Она пьяно улыбнулась и липкими губами потянулась к Гурьяну.
— Свеженький ты, как малосольный груздь. А только от Арлашки я уйду. Рука у него чугунная, ой, особенно, когда напьется.
Домна положила ногу на колено Гурьяну и заглянула в глаза.
Гурьян порывисто поднялся. В первое мгновенье он хотел бежать из притона. Но Домна выдернула из-за ящика кинжал и преградила ему путь.
— Ушомкася-ка, — коварно рассмеялась она. — И наперед позапомни, что от Арлахи в этом городе никуда не нырнешь. Да у тебя еще и липы нет, а без бумажки живо упрячут.
Гурьян о пустился на порог.
В пьяных словах этой гиблой женщины он понял жуткую правду. На дворе дымно свирепствовал сорокаградусный мороз. Идти было некуда.
4
Дрогнули половицы. Брызги разбитой посуды звонко ударили по стенам подвала. Посредине комнаты стоял огромный и страшный Арлаха. Он держал в руке тяжелую скамью и дико вращал раскосыми глазами. Переломленный посредине стол был похож на большое седло. Под ногами кошевочника валялась в крови раскудлаченная, уничтоженная Домна.
![Обложка книги Борель. Золото [сборник]](/uploads/posts/images/6/borel-zoloto-sbornik.jpg)
