А у тебя? Что-то случилось?
Закусив губу, я раздумывала, что же ответить. Мучительно подбирала слова, но на ум ничего не шло. Поэтому сказала то, что первым пришло в голову:
— Ничего не случилось. Я хотела сказать… что по узи у нас с тобой будет сын. Вероятность почти стопроцентная.
На лице Макса расцвела улыбка. Взгляд — переместился на мой живот. Фролов кивнул, словно соглашался со своими мыслями. Я же ждала… например, что он сам подойдет и обнимет меня. И мы просто продолжим жить… вместе. Ожидая нашего малыша, радуясь всему, что бы нам ни приготовила жизнь.
Вместо этого бывший муж сказал:
— Я уезжаю. По делам. В другую страну. Скорее всего, надолго. Хотел предупредить, что меня не будет. И попросить, чтобы теперь рассказывала о течении беременности не лично мне, а через почту.
Часть тридцать четвертая. Макс
— Как?..
Вот и все, что выдохнула Ксю в ответ на мои новости. Я видел, что сказанное ее потрясло. Внутри зашевелилась слабая надежда, которой я попросту боялся дать волю. За прошедшие дни, казалось, научился давить в себе все те эмоции, что испытывал, и совершенно не хотел сейчас снова слететь с катушек, а потом вдруг понять, что этой женщине напротив по-прежнему не нужно от меня ничего, кроме того, чтоб я оставил ее в покое.
— Самолетом, — хмыкнул невесело. — Эта фирма, Ксю, для меня одна из многих, которыми я владею.
Заложив руки в карманы брюк, я отвернулся к окну, чтобы не смотреть на нее, такую же желанную, как и прежде, но совершенно для меня недоступную. Ее присутствие рядом и моя невозможность ее коснуться были подобны пытке.
Подавив вздох, я пояснил:
— Мой головной офис находится в Вене. Именно там я в основном работаю и нахожусь большую часть времени. И сейчас мне нужно туда вернуться, дела требуют моего срочного присутствия. Меня и так не было уже два месяца.
Это была правда. Но я не мог также отрицать, что испытываю некоторое облегчение от того, что какое-то время не буду видеть Ксю. Эти короткие встречи в офисе, когда мы здоровались мимоходом, как совершенно чужие люди, не приносили ничего, кроме болезненных уколов разочарования.
И понимания, что чем больше времени проходит, тем дальше мы становимся друг от друга. Снова.
Наступившая тишина давила так, что больно было сделать вдох. Наконец Ксю сказала:
— Ясно. Я буду держать тебя в курсе о ходе беременности.
Я на мгновение прикрыл глаза. Идиот, даже сейчас надеялся, что она скажет хоть одно-единственное слово, за которое я смогу зацепиться.
