Так что ты можешь пожить несколько дней у него, а там мы что-нибудь придумаем… Антон согласился и ключи мне дал!
Выбирать в моем положении не приходится, так что через два часа я уже обживалась в квартире Антона.
Надо сказать, что там мне понравилось гораздо больше, чем у Петюни.
В этой квартире царил образцовый порядок: явно чувствовалось, что жена Антона, прежде чем уехать на отдых, славно потрудилась. В квартире были две уютные комнаты, обставленные довольно скромно, но со вкусом, в одной по веселеньким занавескам в зайчиках и поросятах я угадала детскую.
Но я лучше устроюсь в большой комнате на удобном диване против телевизора, выпью чайку и погляжу что-нибудь легкое, чтобы отдохнуть от классической музыки.
Кроме того, я была в этой квартире одна! Одна!
Первым делом, я отправилась в ванную."
"Здесь все сверкало чистотой, душевая кабинка работала отлично, вода била мощно, как в персональном ниагарском водопаде, и я оттянулась по полной программе, вознаградив себя за две или три недели, проведенные у Петюни.
Потому что у него старая заляпанная ванна, и кран течет тонкой струйкой, причем вовсе не тогда, когда его просят, да еще Петюня вечно стоял над душой, когда я мылась, ноя под дверью, чтобы я не лила воду на пол, а то соседка снизу – просто террористка, может и бомбу под дверь подложить!
И вдруг, сквозь восхитительный шум льющейся воды, до моего слуха донеслись дверные звонки.
Я прикрутила краны, завернулась в полотенце и, оставляя за собой мокрые следы, выскочила в коридор.
Дверной звонок заливался как курский соловей перед художественным советом.
Первой моей мыслью было, что заявился Петюня, чтобы дать мне какие-то наставления.
– Сейчас, Петь! – крикнула я, потуже запахнулась в полотенце и щелкнула замком.
Дверь распахнулась, но на пороге вместо хорошо знакомого круглого и благодушного Петюниного лица возникла красная от ярости физиономия совершенно незнакомой мне рослой женщины пенсионного возраста, в крупных ярко-рыжих кудряшках и с золотым зубом, сверкающим из приоткрытого рта.
– Я так и знала! – выпалила эта особа, ворвавшись в прихожую как целая шайка разбойников.
– Вы кто? – испуганно пролепетала я, попятившись. – Мне говорили, что никого, кроме Антона, здесь не будет…
– Она еще спрашивает! – проревела страшная незнакомка.
