Когда убили одного человека – это могло быть простым совпадением, но когда то же самое случилось и со вторым… ты знаешь, я не верю в случайности. И никогда не верил. За всякой случайностью стоят чьи-то интересы.
– У кого, кроме Агата, мог оказаться список?
– Ни у кого, – уверенно отозвался старик. – Он не мог попасть за пределы этого дома…
– Но если список не мог попасть ни к кому, кроме Агата, это значит…
– Не может быть. – Губы старика скривились, как будто сок в его стакане оказался прокисшим. – Не может быть!
– Ты так веришь этому выскочке? – ревниво спросила женщина.
– Я никому не верю! – отмахнулся дон Александр. – Может быть, только тебе. Но Агат не так глуп, чтобы убивать людей по этому списку. Ведь он сам его подготовил и прекрасно понимает, что будет первым подозреваемым…
Послышались легкие шаги, и на террасе показалась миловидная горничная в кружевном переднике поверх короткого темного платья и в кокетливой крахмальной наколке. Приблизившись к старику, она заботливо поправила клетчатый плед у него на коленях, поставила перед ним чистый стакан.
– Ты сказал, что список не мог попасть за пределы дома… – задумчиво проговорила брюнетка, провожая горничную пристальным взглядом.
– Ты думаешь… – Старик поднял брови. – Малышка так мила, так исполнительна… впрочем, ты права – верить нельзя никому. Я скажу Люку, чтобы занялся ею… но, собственно, я вызвал тебя не для того, чтобы решать кадровые вопросы.
Он выпрямился, глаза стали еще холоднее.
Женщина почувствовала, что возникшая на какое-то мгновение в его голосе и взгляде теплота была только способом взять ее в руки.
Его обычный метод – приближать и удалять. Метод кнута и пряника. Но она знала его много лет, знала его методы управления людьми – и, несмотря ни на что, была ему предана, как собака. Как эта белоснежная собака, которая лежит, свернувшись, у его ног.
Разница между ними была только в том, что собаку он никогда не прогонял.
– Я слушаю! – проговорила она, не сводя глаз со своего повелителя.
– Как бы то ни было, Агат не справляется, а для меня это, как ты знаешь, вопрос жизни и смерти. Так что я хочу, чтобы ты… помогла ему.
– Помогла? – удивленно переспросила женщина.
– Разумеется, он не должен об этом знать.
– Разумеется!
– Подойди ко мне ближе, – приказал старик.
Брюнетка послушно приблизилась, наклонилась к нему. Он зашептал в самое ее ухо.
– Запомнила? – осведомился под конец."
"– Разумеется! – ответила она, выпрямляясь. – Вот еще что.
