Первыми гости уезжают, потом я, потом хозяева. Порядок ясен, или есть вопросы?
Вопросов не было.
* * *"
"«Хвостов» взяли удачно. На этот раз агентурная информация оказалась точной – ночью группа подобралась к трехэтажке в Нахаловке, осторожно поднялись на второй этаж, собры, похожие на рыцарей в своем тяжелом снаряжении, выбили дверь и ворвались в квартиру, братья не успели даже натянуть штаны. Через несколько секунд, ошалевшие от превентивных «расслабляющих» ударов, они сидели на полу, в цветастых трусах, упакованные в защелкнутые за спиной наручники, и только зло зыркали налившимися кровью волчьими глазами на массивные черные фигуры в масках и бронежилетах, которые переворачивали матрацы да выкидывали содержимое шкафов.
Худые, рыжие, с испитыми лягушачьими лицами, они были похожи на отмороженных хулиганов, а не на особо опасных бандитов. С ненавистью рассматривая ловко стреноживших их сотрудников, они молчали, сдерживая свое обычное блатное красноречие: «собры» оскорблений не любят, так что обойдется себе дороже.
– Всем привет! – в квартиру стремительно вошли еще два человека, такого же крупного телосложения, как спецы, только без масок, в обычных гражданских костюмах и шляпах. – Нашли деньги или взрывчатку?
– Нет, – коренастый собровец покачал головой.
– Где деньги, Хвостатые?! – угрожающе спросил Степанов.
– А тебе чего, зарплату не платят? – старший брат усмехнулся. – Пошарь у меня в карманах, там полторы тысячи и мелочь. Как раз хватит на пиво, порадуешься…
– Не, нас другие деньги интересуют.
Побольше.
– Откуда? Мы только откинулись, на работу не берут…
– Из инкассаторской машины, работнички хреновы, – ответил Васильев. Напарники засмеялись.
– Нарисовались последними, козлы, и сразу скалятся! – младший Хвост сплюнул прямо на пол. – Небось сами заходить зассали? Вперед этих гоблинов пустили?
– Бац! – изрядно поношенная туфля сорок пятого размера с размаху въехала ему в ребра, так что внутри что-то екнуло. Опера уголовного розыска тоже не любят непочтительного поведения.
Особенно те, которые занимаются разработкой организованных преступных группировок.
– Сиди тихо, шелупень! – приказал Терминатор. – Тебе двадцатник корячится, так что учись хорошим манерам. А то на волю никогда не выйдешь!
– Слышь, Васильев, дай я ему врежу за гоблинов, – один из спецназовцев подошел поближе и отвел ногу в тяжелом шнурованном ботинке, будто готовился бить по мячу.
– Не-е-е, нам с ними еще работать, – ответил оперативник.
