– Почему в Дон? Начальник, что за беспредел? – возмутился Гора.
– Не хочешь в Дон – можно бросить в печь на керамическом заводе. Хочешь в печку? Там круглосуточно работают, я бригадира попрошу, он не откажет…
Гора замолчал. На Корнилова надели наручники и отвели в машину. Бить его, правда, не били: уровень не тот. По бандитским званиям он был где-то на уровне генерала.
А что касается Горы и второго задержанного, то те, конечно, отхватили по полной. Когда избитых до полусмерти их бросили в Дон, они с трудом выбрались на набережную и долго лежали, приходя в себя.
Профилактическая беседа не то чтобы перевоспитала их, но была довольно убедительной и заставила задуматься.
А Корнилова привезли в Управление, повели наверх по широкой мраморной лестнице. Тот был заметно удивлен.
– Куда это вы меня ведете? – спросил он, не выдержав бандитского форсу: не проявлять удивления и не задавать вопросов.
– Увидишь, – ответил Васильев.
– Что-то я тут и не был никогда.
– Потому, что допрыгался ты до края! К большому начальству тебя ведем, а оно уже решит, куда тебя: в тюрьму или прямиком на тот свет!
– Какой «тот свет»? – Корнилов усмехнулся.
– Закончился ваш «тот свет»! Надо же – только дураки расстрел отменяют. Если б у нас убивать перестали, знаете бы, какое мутилово началось?
– Ничего-ничего, – похлопал его по спине Степанов. – Для тебя сделаем исключение.
В приемной сидели два здоровенных оперативника из областного аппарата.
– Привели? – зловеще спросили они.
– Ну, давайте, как шеф решит, а мы готовы…
Корнилова завели в кабинет к Синеватому. Полковник сидел за столом в своих знаменитых очках и походил на Берию, если, конечно, Корнилов знал, кто такой Берия, и мог оценить это сходство. Но когда очки поднялись и, зловеще блестя, уставились на него, он ощутил холодок страха, хотя виду и не подал. За всю свою долгую криминальную жизнь он никогда не слышал, чтобы кого-либо из братвы ночью приводили лично к начальнику Уголовного розыска области.
– Так что, бандюган? – спросил Синеватый. – Значит, ты на полицию охотишься? Полиции войну объявляешь? И что? Думал, что живым останешься?
– Какую войну? – ответил Корнилов. – Ну, вашего стукача хотел проучить, так что? Или он уже тоже считается полицейским?
– Кто стрелял в нашего парня? – Синеватый указал на Васильева.
– Когда? – удивился Корнилов. – Что-то, начальник, не в цвет ты попадаешь!
– Полтора часа назад, возле его дома.
