Я и в обычные дни крайне тяжело переношу запах бензина, а сегодня это для меня будет самым настоящим испытанием.
– Мы быстро, – подмигивает Максим, сворачивая с дороги.
Останавливает машину напротив нужной колонки, выходит из салона, обходит авто и открывает дверь с моей стороны.
– Пойдем, – протягивает руку. Ждет меня.
– Я здесь могу подождать, – говорю, дыша маленькими глоточками. Воняет бензином просто капец как.
– Ален, не дури, – говорит, не отрывая от меня пристального взгляда. – Идем. Кофе попьем.
От него исходит такая бешеная энергетика, что мысли разбегаются в разные стороны. Макс уперт и упрям. Быкоовен, блин!
– Хорошо, – сдаюсь. Все равно спорить с ним бесполезно. Если Макс что-то решил, то сделает это.
Заходим в небольшое кафе, Максим сажает меня за столик около окна, сам уходит оплачивать бензин и кофе.
Я смотрю, как к колонкам подъезжают машины, как заправщики открывают люки и суют туда пистолет. Перед глазами самая обыкновенная картинка, а в голове пустота.
В очередной раз ловлю себя на мысли, что зря вышла замуж за Игоря. Поторопилась. И теперь свое поспешное решение расхлебывать всю оставшуюся жизнь .
Достаю сотовый, набираю номер супруга, но в ответ сплошные длинные гудки. Звонок переключается на голосовую почту, отключаюсь.
Не буду я ему ничего туда диктовать!
Игорь, ну почему тебя никогда нет, когда ты так нужен? Мне ужасно плохо… Ума не приложу, как дома смогу быть одна.
Но Игорю, видимо, пофиг. Он снова в своих делах и работе.
Они для него гораздо важнее, чем я.
– Опять грустишь? – Напротив присаживается Макс.
Он ведет себя невозмутимо. Даже делает вид, словно не видит моих попыток дозвониться мужу. Обидно до слез.
В попытке возобладать над своими эмоциями кусаю изнутри щеку до боли. Соленая влага уходит из глаз.
– Да так, – отмахиваюсь как бы невзначай.
Не хочу признаваться, что Игорь который час игнорирует меня. Знаю, что они неоднократно ругались уже из-за этого. Майоров не тот человек, который позволит вытирать ноги о его близких.
Сама не знаю почему, но я до сих пор вхожу в этот круг.
– Держи. – Он пододвигает ко мне круассан с ванильным кремом и клубникой.
– Ты помнишь, – улыбаюсь, не в силах сдержаться.
На душе вдруг становится тепло-тепло. Словно рядом со мной зажгли персональное солнце и оно светит исключительно для меня.
– Я все помню, – говорит многозначительно.
Вмиг тушуюсь. Ой-ой-ой.
– Мы договаривались, – напоминаю ему. И себе.
