Я мечтала поскорее вернуться в общежитие, принять душ, выпить чашечку мятного чая с сушеной вишней и просто немного порелаксировать. Это мне было крайне необходимо. Неделя выдалась сумасшедшей.
«Ничего, еще один день, а там выходной... Тогда и отосплюсь вдоволь. Буду валяться в постели, пока не заболят бока», - от приятных мыслей и картин, которые рисовало воображение, губы изогнулись в довольной улыбке. На этой позитивной ноте и направилась к выходу из учебного заведения.
Я отошла от академии метров на триста, не более, когда внезапно ощутила на себе чей-то пристальный взгляд.
Резко обернулась - никого. Однако вдоль позвоночника пробежал холодок, а сердце забарабанило о ребра, намереваясь сбежать раньше своей хозяйки. Шестое чувство подсказывало, что наблюдатель - мужчина. Но почему прячется? Еще раз оглядевшись по сторонам, с тревогой на душе продолжила путь. Ощущение преследования не исчезало. Благо, до общежития идти было недолго. Хоть я старалась идти не спеша, некая сила гнала меня взашей, подталкивая поскорее спрятаться в стенах многоэтажного здания.
С легкостью взлетев по ступенькам, я притаилась за дверью, оставив небольшую щелочку для наблюдения, поскольку была полна решимости узнать, кому понадобилось следить за мной.
Время шло, но никто так и не появлялся в поле зрения. Может, мне почудилось? Я мысленно пожала плечами и собиралась уже покинуть пункт наблюдения, когда прямо над ухом раздался полный недоумения знакомый бархатистый голос:
- Меган? Что ты делаешь?
- А-а-а! - закричала я в ужасе и едва не съехала по стене.
К счастью, Стефан обладал завидной реакцией и вовремя придержал меня за локти. Буквально в следующее мгновение по телу прокатилась волна жара - запоздалая реакция на пережитый страх. Или дело было вовсе не в нем?
Прикосновение мужских пальцев обжигало кожу через тонкий материал преподавательской мантии. Древесные нотки парфюма касались моего носа, проникали в легкие, заполняя их целиком.
Непозволительная близость Стефана заставляла сердце биться с каждым мгновением все чаще и чаще, а кровь пульсировать в висках. Царивший в вестибюле полумрак усугублял ситуацию. В темноте глаза цвета горького шоколада стали и вовсе черными. Они притягивали взгляд, не позволяли мне отвести свои глаза. Что-то твердое, наверное, книга, больно упиралось в бедро, однако я продолжала неподвижно стоять и смотреть на Стефана.
