Как не вовремя!
Я шумно выдохнула и повторила вопрос, посчитав, что Стефан его не расслышал:
- Так что собираешься делать с Моррисом?
- Брать во время передачи зелья, - немного сипло отозвался он и прочистил горло. - В противном случае доказать его причастность к распространению эликсира радости будет очень сложно. Показания безопасника могут не принять во внимание, и тогда Моррис выйдет сухим из воды. А как связать его с гибелью Кристенбери и Финдинга вообще без понятия.
Я не сразу решилась поведать, что мне удалось раскопать в часы ожидания, ведь это было равносильно признанию во лжи:
- Тот яд, что Вероника варила для меня, очень коварен.
Он быстро разлагается после смерти человека. Поэтому и обнаружить его даже с помощью артефактов крайне сложно. Или лучше сказать «невозможно». Симптомы отравления аконитом точь-в-точь, что и у умерших аристократов. К тому же у этого яда есть занимательная особенность! Гибель наступает не сразу, а спустя шесть-восемь часов после попадания в организм человека, но прежде жертва впадает в глубокий сон.
- Значит, не пытался отравить? - в глазах цвета темного шоколада загорелся недобрый огонек, и я понурила голову. - Откуда тебе стало столько всего известно? Безопасник поделился?"
"- Наведалась к «ядовитой» женщине в гости и взяла книгу по редким ядам, - невнятно пробормотала себе под нос. Стефан аккуратно приподнял двумя пальцами мой подбородок и заставил посмотреть на него.
- Думаешь, это тот же яд? - более мягко спросил он.
- Уверена. Вероника вполне могла приготовить его и для Морриса.
Спроси у Астиона, обращался ли к нему Джеральд с подобной просьбой. Если да, то все встанет на свои места. Правда, о причине столь низкого поступка ты можешь узнать только у самого отравителя. Но опять-таки повторюсь, Моррис ни за что не стал бы убивать друга из-за денег. Тут было нечто большее... Может, и вовсе несчастный случай или чисто случайное совпадение. Кстати, а кто будет передавать Джеральду эликсир радости, если Астион и Вероника находятся под стражей? - спохватилась я и снова заерзала у Стефана на коленях.
- Собираешься выпустить кого-то из них?
- Нет, - покачал он головой. - Ни одному, ни другому я не доверяю. Вдруг еще сорвут операцию. Моррис - более крупная рыбешка, нежели те двое. Я не могу позволить ему уйти, особенно сейчас, когда мы у него на хвосте. К тому же боюсь, что это единственный шанс упрятать его за решетку и освободить тебя от обязательств без каких-либо последствий.
