Один из кораблей раскололся, извергнув огненное облако, второй, отброшенный ударами снарядов от каравана, молчаливый и безжизненный, уплывал в пустоту.
— Был дурик, стал жмурик! А у нас на двести с лишним песо больше! — сказал Птурс и гулко расхохотался.
Третий корабль — тот, что прилип к транспортному модулю, — открыл огонь. Похоже, дроми очнулись, сообразив, что из охотников стали добычей. Реакция у них была помедленней человеческой, и в свое время, когда лоона эо меняли Защитников, это сыграло на пользу Земли.
Это, а еще соображения эстетики — дроми казались жутко уродливыми и землянам, и их нанимателям."
"«Ланселот» пронесся над караваном, преследуемый струями плазмы, развернулся и вошел в крутое пике, нацелив орудия на дроми.
— Возьмем его в клещи, Кро, — предложил Птурс. — Как ту развалюху в восьмидесятом секторе. Помнишь?
Вождь промолчал. Он вообще был молчалив, зато, являясь отчасти киборгом, действовал с похвальной быстротой. Вальдес очень его уважал — не только за почтенный возраст и мастерство стрелка, но и по личным мотивам: в молодые годы Кро сражался под началом его прадеда, Пола Ричарда Коркорана.
Коркоран же, полный адмирал, командующий Флотом Окраины, был из тех легендарных героев, что отстояли Землю и ее колонии от вторжения бино фаата, одним из тех людей, которым ставят памятники при жизни. Вальдес весьма гордился своим происхождением.
«Ланселот» падал на корабль дроми, как коршун на голубя, готовый разнести его в клочья и утопить в огне. Спусковые рычаги пришли в движение под руками стрелков, судно сотряслось от первой очереди, и орудия тут же смолкли.
Зато сама собой включилась внутренняя связь, и послышался тонкий голосок «Ланселота»:
— Вниманию Защитников! Вооружение временно блокировано. В транспорте живое существо. Хозяин, лоона эо. При атаке на дроми и взрыве их корабля он погибнет с вероятностью 0,78.
Предупреждение прозвучало дважды, на языке лоона эо и земной лингве.
Челюсти у всех троих отвисли. Лончак? Лоона эо в торговом караване? Это было чудом, нонсенсом, нелепостью! Разумеется, лоона эо путешествовали в космосе, но только среди своих эфирных городов-астроидов, с увеселительными целями, на роскошных яхтах или лайнерах.
Но на торговую факторию, военную базу или в мир чужаков — никогда! Они были тихими ксенофобами: с одной стороны, старались ни с кем не враждовать, с другой, не поддерживали прямых контактов даже с самыми высокоразвитыми галактическими расами.
