— Еще я пару раз ее поцеловал… ну, может, не пару, а чуть больше… Но дети тут при чем? Дети — следствие определенных… гмм… усилий и манипуляций, а для них нужны такие органы, каких у лоона эо просто нет!
— Это мнение землянина, — сказал Светлая Вода. — Не забывай, она не человек и даже не гуманоид. Моя собственная раса отлично обходится без этих… гмм… усилий и манипуляций.
— Я на ваших женщин не посягаю, — огрызнулся Вальдес.
— Трудновато пришлось бы, — заметил Кро с непроницаемым лицом. — У нас нет разделения по половому признаку.
"
"Таймер над дверью каюты вспыхнул зеленым — до прыжка было немногим меньше двух часов. Огромный транспорт и конвойные суда уже достигли орбиты Плутона и набирали скорость, чтобы погрузиться в Лимб. Из этой дали Земля выглядела чуть заметной искоркой, Юпитер — искоркой побольше, а Солнце — золотистым пятаком. Край обитаемого мира, рубеж человеческой Ойкумены! Сейчас Вальдесу полагалось бы думать об этом, вспоминать покинутую родину и тосковать о близких, но в голове его бродили другие мысли.
Совсем другие! Он отсидел в рубке нужное время, пока «Ахирос» стартовал с Луны и под управлением Водителя пробирался среди конструкций, круживших у земного спутника; он проследил, чтобы «Шива» и «Есицунэ», конвойные корабли, шли параллельными курсами, не удаляясь от транспорта; он закончил вахту, выпил кофе и выслушал Птурса, посетившего за две недели все тверские кабаки и даже разгромившего один из них. Описание этого подвига было представлено в лицах и оказалось очень живописным, но не отвлекло Вальдеса от раздумий.
Мысли его затрагивали тонкие материи, которые он прежде с Кро не обсуждал и даже не думал, что это личное, глубокое и тайное потребует когда-то обсуждения. Но, как говорили латиняне, omnia mutanmr — все меняется.
Впрочем, нельзя сказать, чтобы раздумья Вальдеса были тяжкими, скорей наоборот — счастье Занту его радовало, и стоило опустить веки, как он видел ее милое личико и сияющие глаза. Радость, однако, являлась под руку с недоумением; он не мог понять, как одарил Занту той драгоценной ношей, о которой ей мечталось.
Физический контакт меж ними был таким невинным! В конце концов, они и правда лишь держались за руки…
Кро, сидевший у стола, напротив койки, где расположился Вальдес, снял со стены голографический снимок. Кусочек пластика, но вся семья Вальдеса, вся его земная жизнь были там — мать и отец, братья и сестры, шурины и племянники.
