Наконец они позвонили и торопливо изложили процедуру обмена, которая оказалась довольно незамысловатой: деньги следовало положить в определенную ячейку на Павелецком вокзале и закрыть ее на определенный шифр, после чего ехать на другой конец Москвы, на Ясный проезд, и там ждать у дома номер десять.
— Я поеду с вами, — тут же заявила Леля.
— Ни в коем случае — отрезал Андрей. — Ты останешься дома."
"— Но я хочу увидеть Колю! И вообще, я хочу знать, что происходит! Вы уедете, а я буду тут сидеть, как кукла, волноваться и не знать, как все проходит, где вы, что с вами и с Колей.
Вдруг что-нибудь пойдет не так, а у вас даже не будет возможности позвонить мне, и я тут буду с ума сходить. Нет, нет и нет, я еду с вами.
— Нет, нет и нет, — повторил следом за ней Бегорский, — ты остаешься дома, и это не обсуждается.
— Но почему?
— Потому что я так сказал. Я знаю, как лучше для всех, в том числе и для Коли.
Леля плотнее закуталась в шаль, опустила голову и тихонько заплакала, но на Андрея это не произвело ни малейшего впечатления.
Люба кинулась было утешать и успокаивать дочь, однако Бегорский решительно взял ее за плечо.
— Любаша, не отвлекайся от главного. Одевайся и поедем.
— Но Леля…
— Ничего с ней не случится. Поплачет и перестанет.
После третьего звонка похитителей Люба снова начала нервничать и плохо понимала, что происходит. Андрей вывел ее из дома, усадил в свою машину, повез на вокзал, но ничего этого она как будто и не заметила, очнулась только тогда, когда машина остановилась и Андрей сунул в ее сумочку толстую пачку долларов.
— Номер ячейки помнишь?
— Да, — рассеянно кивнула она.
— И шифр?
— Помню.
— Точно? Ничего не перепутаешь? Я же велел тебе сразу все записать. Ты записала?
— Нет, я так запомнила.
— Люба, ну куда это годится! — рассердился он. — Я тебе русским языком сказал: сразу все запиши и возьми бумажку с собой. Почему ты не сделала, как я велел?
— Андрюша, — к Любе понемногу стало возвращаться самообладание, — я никогда не путаю цифры и не забываю их.
Для меня цифры — как для тебя слова. Или как запись ходов в шахматной партии. Не волнуйся, я все сделаю как надо. Ты со мной пойдешь?
— Нельзя, Любаша. Если они за тобой наблюдают, то могут подумать, что я из милиции. Не надо их провоцировать. Будем делать так, как они велят, чтобы все это поскорее закончилось и Кольку вернули.
Люба вышла из машины, сделала несколько шагов в сторону здания вокзала, но внезапно вернулась, открыла дверцу и заглянула внутрь.
