Я не понимаю, как это могло случиться! Я не понимаю, как уровень профессионализма мог упасть так низко! Что происходит, Родька? Может, хоть ты мне скажешь?
Родислав подавленно молчал и ничего не отвечал. Да и что он мог ответить? Он уже больше десяти лет не служил в МВД. Кроме того, от взрыва у метро «Рижская» пострадали жена и дочь его сотрудника, которые приехали накануне начала учебного года в универмаг «Крестовский» за покупками. Весь фасад универмага теперь стоял без стекол, из стен торчали куски арматуры, стекол не было даже в тех витринах, которые находились с другой стороны от вестибюля метро.
Жена и дочь сотрудника лежали в больнице в тяжелом состоянии, и Бегорский потребовал, чтобы Родислав организовал самую лучшую медицинскую помощь за счет компании и лично за всем проследил. Для Родислава поручение оказалось тягостным во второй его части: он мог организовать все, что угодно, но больниц он боялся и ходить в них не любил. Обычно посещением стационаров вместо него занималась Люба, она и к Николаше ходила, и к старухе Кемарской, и к Геннадию, и к Николаю Дмитриевичу, когда он лежал в госпитале после «Норд-Оста», помогла она и в этот раз.
Ночь с 31 августа на 1 сентября Люба провела неспокойно, она тревожилась за отца, который, по словам Тамары, весь день следил за новостями о взрыве, переживал, злился на бывших коллег и их «смежников» и жаловался на сердце. Она четко договорилась с сестрой, что, если что случится и отцу станет хуже, Тамара тут же перезвонит, но все равно на душе было тяжело, и Люба несколько раз бралась за телефонную трубку, чтобы позвонить и спросить, как папа, но вовремя себя одергивала: люди спят, а она собирается их разбудить только для того, чтобы они сказали, что все в порядке.
Потому что если бы что-то было не в порядке, Тамара позвонила бы, она ведь обещала.
Утром 1 сентября, в среду, Люба уже успела не только доехать до работы, но и просмотреть почту, когда на страну обрушился новый удар: в Беслане, в Северной Осетии, пятнадцать боевиков захватили школу, погибли охранявшие школу милиционеры, количество заложников пока не установлено, но, по предварительным оценкам, оно может быть от 200 до 600 человек.
Люба тут же кинулась звонить сестре, которая в тот день не работала.
— Тома, новый теракт, в Беслане. Присмотри за отцом. Не включай телевизор, и радио тоже выключи, — торопливо проговорила она.
— Поздно, — грустно откликнулась Тамара. — Он уже знает. У нас со вчерашнего дня ни радио, ни телевизор не выключаются.
