— Думаешь, так легко попасть, когда не знаешь точную дату? Думаешь, я тебе на глазок сроки беременности и родов могу установить? Живот — он и есть живот, чуть больше — чуть меньше. Как я попаду-то, куда надо?
— Ладно, давай тогда сразу… Что у нас там было, когда Татьяна Федоровна умерла?
— Середина июня, — проворчал Ворон. — Ельцин как раз первый тур президентских выборов выиграл.
Камень завел глаза к небу и принялся что-то подсчитывать.
— Давай сразу в сентябрь, там уже должна быть ясность.
— Куда, в начало месяца или в конец? — уточнил Ворон.
— Лучше в конец, чтобы уж наверняка.
— В конец не полечу, — решительно заявил Ворон. — Там грустно.
— А что такое?
— В Ростовской области маневренный локомотив столкнулся с автобусом. А в автобусе дети. Представляешь? Двадцать один ребенок погиб. Вся страна переживала. Даже национальный траур объявили. Я в этом месте всегда рыдаю, у меня сердце не выдерживает.
— Ну, тогда отправляйся в октябрь, — разрешил Камень.
— Там уж точно с Ларисиным ребенком будет все понятно.
На этот раз Ворон вернулся не так быстро, Камень успел не просто задремать, но и целый сон посмотреть. Сон был ярким, красочным и очень радостным. Они со Змеем и Вороном втроем встречали какой-то праздник, вроде бы и Новый год, потому что ель стояла наряженная, вся в игрушках и в переливающихся гирляндах, но при этом светило яркое солнце, было совсем тепло, и рядом с Камнем цвели цикламены. Змей и Ворон помирились, в сущности, по этому сну выходило, что они и не ссорились никогда, и все были веселые и счастливые и обсуждали предстоящую женитьбу Ветра.
Жениться он должен был почему-то на белочке, на той самой, с которой так усиленно флиртовал в реальной жизни Ворон. Но Ворон во сне совсем не ревновал, наоборот, радовался и за старого приятеля, и за свою подружку — многодетную мать. В общем, все было здорово!
Проснулся Камень оттого, что Ворон осторожно тюкал его клювом по макушке.
— Просыпайся, соня, — вполголоса приговаривал он.
— Я не сплю, — хриплым со сна голосом отозвался Камень. — Так, задремал немного. Ну, что там, рассказывай.
— Родила! — с гордостью объявил Ворон, словно в том была его несомненная заслуга. — Еще в августе. Мальчика. Назвала Костиком.
— А отчество? Отчество-то у него какое? Ты в свидетельство о рождении заглянул?
— Сергеевич он. Как Станиславский.
— Как кто?
— Константин Сергеевич Станиславский.
