Кроме того, существует наша младшая дочь, Ольга, она сейчас в отъезде, но послезавтра утром должна вернуться. И ей тоже придется как-то объяснять ваше присутствие.
— Ну, дочери-то вы можете сказать правду, — заметил он.
— Это крайне затруднительно. Она, в отличие от нас с мужем, понятия не имеет о том, чем занимается ее брат и каким способом он зарабатывает на жизнь. Ольга очень чувствительная и нежная, такое известие может подорвать ее здоровье, у нее от переживаний часто случаются обмороки и повышается температура.
Как быть с этим?
— Что ж, — пожал плечами Артур, — представьте меня как своего знакомого, который приехал из другого города, а мальчиков — как моих племянников. Вас это устроит?
— Вполне, — Люба закончила расставлять посуду и раскладывать приборы и скупо улыбнулась. — Позвольте, я отнесу ваше пальто в прихожую.
Артур нехотя повиновался, и Люба про себя констатировала, что ей удалось хотя бы это: как он ни сопротивлялся, а все равно начал жить по ее правилам, и пальто снял, и насчет Лели и Ларисы пошел ей навстречу.
Повесив пальто в прихожей, она вернулась на кухню и стала собирать на поднос тарелки с едой. Родислав сидел за кухонным столом и курил."
"— Как ты думаешь, когда Коля позвонит? — спросила она.
— Лучше бы он совсем не звонил, — мрачно откликнулся Родислав. — А то они вцепятся в него мертвой хваткой.
— Но если он позвонит, они поймут, что он сюда не придет, и оставят нас в покое. Хотя, — продолжала она размышлять вслух, — пока он не позвонил, они будут надеяться, что он придет сюда, и останутся у нас, а Коля за это время успеет уехать подальше.
А если они поймут, что он действительно сбежал, то тут же кинутся за ним в погоню. Наверняка кто-то из его дружков знает, куда он поехал, а этот Артур сможет выбить информацию из кого угодно, вон какие у него братки под рукой. Так что, наверное, и вправду пусть лучше здесь сидят. А уж мы с тобой как-нибудь потерпим, правда? Только непонятно, как быть с Лелей. Ну, скажем мы, что это наш знакомый с племянниками, а как ей объяснить, что она не должна выходить из дома и не может никому позвонить?
— Остается надеяться только на то, что они уберутся отсюда раньше, чем она вернется, — вздохнул Родислав и сильным движением загасил сигарету в пепельнице.
— Ну что, пойдем завтракать?
Вернулся Витенька, нагруженный продуктами, купленными по Любиному списку, и все уселись за стол. Ели молча. Говорить было не о чем. Наконец, тишину прервал басок Степушки:
— А чё, хозяйка, блины конкретные.
