Ханьцы дорого заплатят за наши разработки со зверями, но они должны принадлежать нам полностью. Никакая выскочка не обломает нам планы.
— Значит, прибьем этого Филинова? — оскаливается Густав. — Чтобы Горнорудовых перестало шатать! Это также станет отличным сигналом и для суки Жанны!
— Сначала узнаем о Филинове побольше, — остужает его пыл наследник Шморцев. — У нас полно мутантов, которые способны скрытно убить, но нужно понимать, какой лучше подойдет для этого дела.
— Скрытный удар? — переспрашивает Густав. — Но Горнорудова всё равно догадается по почерку убийства, что это наша с ними разработка.
— Ну и пускай догадается, — пожимает плечами Адольф, теребя короткие усики. — Как сказал Павел: наши исследования останутся в тайне что бы ни случилось. Пускай даже случится смерть этого Филинова.
* * *«Осторожно, Студень, — передаю я по телепатической связи. — Ни в коем случае не трогайте дверь».
«Мегамозг, тогда врываемся через окна?» — предполагает гвардеец, смотря в инфракрасный бинокль на бандитский склад, торчащий за покошенными киосками с захлопнутыми рольставнями.
«Окна тоже не трогать».
«Хм, ну стену мы можем проломить с помощью стационарного громобоя».
«Запрещаю. Стены нужны целыми».
Студень оборачивается на меня, в глазах непонимание.
— Шеф, а как нам тогда зачищать здание? — недоумевает гвардеец.
— Никак, врываетесь в периметр, огораживаете дом и утилизируете всех, кто выскакивает, — разъясняю. — Если коснетесь стены, окна, двери — сразу умрете.
— Принято…- опешил старший гвардеец, который может и принял, но не понял.
— Змейка, твоих шаловливых ручек это тоже касается, — я оглядываю на змееволосую хищницу. Она как раз занялась вечерним умыванием по примеру пушистых котят и сейчас облизывает чешую на запястье.
— Я — Мать выводка, фака-а-а! — не отрываясь от своего важного занятия, замечает Горгона.
Некоторое время наблюдаем за бандитским притоном, чтобы убедиться, что все внутри уснули, заодно и Змейка домывается. Затем командую наступление. Вместе с гвардейцами выбираемся из машин и рассредоточившись, перелезаем стены.
Бойцы берут под контроль периметр, я же в одиночку подступаю к «парадной» двери. Всего лишь покошенный ржавый металлолом, который сто лет не открывали. Сами бандиты попадают внутрь через дверь в погреб, который отдельно сделан от дома. А другого входа для обычных людей и нет. Если коснуться дома — правда, умрешь. Обычно умрешь.
Я сдираю с правой руки тактическую перчатку и прижимаю ладонь к двери.
