Но придавленный сам скоро выберется, физик всё же. Надо действовать.
«Выходим» — проносится приказ в головах моих людей. На время операции Гереса с сыновьями тоже мои, если что.
Выскакиваем и рассредоточиваемся на половине участка ближе к дому. Быстрый анализ противников. Снова матросы какой-то посудины. Видимо, мореплаватели — основные весельчаки в Заиписе.
Сорок человек, из них половина с оранжевыми татуировками, значит, телепатии не подвластны. Но зато другая половина подвластна. Я мигом беру их под контроль, незаметно для главаря.
Мне приходится поднапрячься — одновременно контролировать двадцать человек сложновато, еще никогда не пробовал. Но всё бывает в первый раз.
Тем временем главарь, накинувший огненный доспех, бросает надменно:
— Я капитан шхуны «Дерзкий попугай»! Ты разозлил не тех людей, малец! — на пламенном забрале шлема расцветает красно-огненный оскал. — Моим «Крикунам» перепадет много денег за твою голову! Мы наймем лучших шлюх! Напьемся лучшего пива! Отведаем жратвы в лучшем кабаке! Поставим нашему «Попугаю» самые быстрые паруса! Да, парни⁈
— ДА! — единый утробный крик десятков глоток.
Стоит признать, шкипер умеет зажигать своих болванов. Ну, не зря же он огневик. Впрочем, тому придавленному сейчас совсем не до пламенных мотивационных речей — тот продолжает из последних сил кричать, пытаясь отодвинуть валун с ноги.
— Ненавижу попугаев, — произношу я, одновременно бросая булыжник в голову придавленного и тем самым прекращая его страдания.
Поверх моего тела нарастает каменный доспех."
"«Огонь!» — мой ментальный приказ слышат только свои.
В ту же секунду гвардейцы выстреливают из громобоев. На «Крикунах» вспыхивает артефактная защита, выдерживая обстрел. Совсем небедные матросики, раз обзавелись безделушками. Впрочем, надолго их не хватит. Долгий массированный огонь перетрет любую защиту.
Вдобавок к Каменщику я «включаю» Егора-кровника и молниевика.
— Развлекайтесь, ребята, — мой приказ недвусмысленный.
— Не бейте только тех, которые без татуировок.
— Ура! Гуляем! — загорается Егор.
— Шеф добрый! — смеется молниевик.
Три легионера осыпают матросов атаками. Летят кровавые шипы, сверкают молнии, грохочут камни. Получилась мощная триада.
— Каналья! — озадаченно ревет шкипер «Попугая». — Кто ты такой! Почему столько стихий! Ма-а-ать! — отпрыгивает он, едва не попав под прилет камней, но вовремя заслоняется двумя матросами, которых разбивает в лепешку.
