Позавтракай! Позвони супруге, сообщи, что скоро будешь, долго я тебя не задержу!
– Ты же знаешь, я холост!
– Как знаю и то, что живешь с очень красивой женщиной. Живешь как муж с женой. Но если тебе режет слух слово «супруга», то скажи, как называть твою Татьяну? Сожительницей? Квартиранткой?
– Ладно, проехали. Буду у озера где-то часа через полтора, если конечно, не застряну в пробках. При задержке отзвонюсь!
– Хорошо! Отзвонись в любом случае. Чтобы никто никого не ждал у водоема.
– Принял, босс! До встречи!
– До встречи, Володя!
Полухаров, развернув джип, вернулся на МКАД.
Ему следовало добраться до трассы М-8, на Ярославское шоссе. Как ни странно, окружная дорога оказалась неперегруженной, и Владимир прошел свой участок достаточно быстро. Свернул на трассу. По шоссе ему следовало проехать двадцать семь километров, затем повернуть направо, миновать еще километров шесть. Сразу за лесом, рассекаемым автомобильной дорогой, и находилось безымянное озеро.
Майор остановил внедорожник у кафе.
Добродушный и гостеприимный армянин тут же подошел к Полухарову:
– Здравствуйте, уважаемый! Решили покушать?
Майор кивнул:
– Да!
– Это вы правильно сделали, что остановились здесь.
У меня самый лучший и дешевый шашлык по всей трассе.
Владимир улыбнулся:
– Разве хороший товар может быть дешевым?
Армянин, не задумываясь, ответил:
– Конечно, может. Если продавец хоть немножко совесть имеет и не дерет с клиентов незаработанные деньги. У меня все честно. Покупаю мясо дешево, дрова привозят тоже по сносной цене, так почему дорого должен стоить шашлык? Тот, кто умеет, делает его хорошо и быстро.
Я умею. Шашлычник с детства, потому что отец был шашлычником, дед был шашлычником, прадед вообще свой ресторан имел. Потом комиссары отняли, сделали приют для бездомных. Ну и пусть бы, да? Бездомным тоже жить, кушать хочется. Среди них было много детей. Забирай ресторан, да? Зачем только прадеда стрелять надо было? Ведь он сам все отдал, ничего не оставил. Только дом небольшой, нашей семье где-то жить надо было? Нет, комиссары сказали – враг народа, а значит, должен умереть.
Расстреляли. А семья, представляешь, сама в тот же ресторан, который стал приютом для бездомных, пошла. Революция – это плохо. Зачем резать, убивать? Человеку голова для чего дана? Чтобы думал, договаривался. А стрелять плохо.
Полухаров закрыл джип, спросил у шашлычника:
– Я, наверное, сегодня первый клиент у тебя?
– Вай! Откуда знаете?
– Говоришь много! Но говоришь правильно. В общем.
