— Ну это… Н-не знаю, — проговорил Гермес. — Веревочники? Сеточники? Любители паукообразных?..
Арахна взревела от ярости.
— … Верни мне мой храм, Даня!..
Я едва уклонился от яростного удара паучихи. Прилавок жалобно хрустнул, скрипнул — и Гермес вместе со своим рекламным щитом шлепнулся на мостовую.
— Эй, ты совсем уважение потеряла? — как-то не очень уверенно воскликнул Гермес.
— А ты мне теперь не указ, мы тут, знаешь ли, все равны, — сверкнула на него глазами Арахна.
А я, выскользнув из-под самого ее носа, бросился к лошадям.
— Не хочешь вмешаться? — крикнул я Оракулу. — Сейчас меня как замочат…
— Но у меня нет никаких боевых способностей, — пожал тот плечами. — И потом, я тут инкогнито…
— Убью!!! — проорала взбешенная Арахна, и, стуча своими паучьими ногами, ринулась за мной.
И что же мне делать, блин? Предложить ей еще выпить?
Оставалось только постыдно бежать…
Глава 15
Чай, кофе, потанцуем
Я бежал от Арахны, ловко маневрируя промеж прилавков и рассыпающихся в стороны прохожих. Кто-то из испуганных граждан влетел в крылатый оркестр, и музыка смолкла.
Не оборачиваясь, я бежал дальше, в сторону единственной крепости, что я видел на горизонте — к храму Флоры. Паучиха, душевно ругая меня и в хвост, и в гриву, не отставала.
До тех пор, пока на всю площадь не раздался грозный окрик:
— Немедленно прекратить!..
Суета вокруг меня мгновенно остановилась. Господа с виноватым видом принялись поправлять шляпы, барышни прекратили свой визг, будто этот окрик в равной степени мог относиться и к ним.
— … Согласно городскому указу, номер три дробь один нарушители порядка, признанные опасными, приговариваются к пожизненному выдворению из города! Кем бы они не являлись по своей природе и статусу!
Я тоже остановился. И оглянулся.
Со стороны въездных ворот неспешным шагом, лязгая латными доспехами, к нам направлялся воин. Его голова возвышалась над шляпами ремесленников на добрые полметра. Широченные плечи и грудь еще больше усиливали впечатление, что под металлом скрывается отнюдь не смертная тушка.
Что здесь происходит?
Неужели и правда могут выдворить даже богиню-покровительницу?..
И кто вообще такой этот странный мужик?
Арахна мгновенно протрезвела. Сникла, съежилась до размеров девочки подростка.
— Господин Кровавый Вихрь… — проговорила она, глядя несчастными глазами на великана снизу вверх. — Я больше не буду, правда!..
— Это повторное нарушение, госпожа! И я вынужден…
— Пожалуйста, простите ее! — вмешался я, поспешив богине на выручку.
