Удивительное дело, как сильно может измениться восприятие того или иного места в зависимости от эмоционального состояния. Теперь, в статусе прометея освобожденного, тюремный двор мне виделся очень опрятным, почти уютным. Здесь росли липы и клены. В центре двора вид здорово портила плаха с топором, на которой сейчас валялся еще и окровавленный нож, которого с самого утра тут не было. Справа и слева от плахи располагались два одинаковых приземистых здания с крошечными окошками под крышей. Только у одного здания на окнах были решетки, а у дверей караулила стража, в то время как второй явно предназначался для свободных людей.
Свободных — и очень непритязательных, потому что даже по сравнению с тюрьмой этот домик выглядел каким-то запущенным, ободранным и несчастным.
Вдоль тюрьмы тянулся целый ряд ям с решетками наверху. Вдоль них, задумчиво раскачиваясь из стороны в сторону, прогуливались дозорные или часовые.
А неподалеку от входа в тюрьму, вытянув длинные ноги сидел на деревянном чурбане крепкий парень примерно моего возраста, в черной кожаной одежде.
Он был гладко выбрит и очень коротко пострижен.
И, самое главное! Он. Сука. Курил. Мои. Сигареты!
От досады мне аж скулы свело.
Эхх… Вот бы сейчас сигаретку…
— А ты-то каким ветром снова здесь, Геральт? — услышал я откуда-то из-за плеча знакомый голос викинга.
— Мне бы Хельда найти, — отозвался я. — И я не Геральт, если что. Меня Даниил зовут. Можно Даня.
— Дани-ил, — задумчиво протянул викинг. — Да ну, нет. Геральт — оно как-то звучнее было.
Я улыбнулся.
— Бери себе, если хочешь. Я дешево отдам.
Викинг рассмеялся."
"— Экий ты прыткий! Ладно, Хельда ты нашел — дальше-то что?
— Работа мне нужна. Согласен на любую.
Хельд оценивающе осмотрел меня, и его взгляд остановился на моих руках.
— Работу, говоришь?.. А что ты вообще можешь-то? Вон, ни одной ссадины у тебя, ни одной мозолины. Не знаю уж, чем ты там раньше промышлял и как кормился, но явно не ручным трудом. А мне здесь человек крепкий нужен, причем не только телом, сам понимаешь…
Я хмыкнул.
Мне тут вспомнились Ленкины упреки в том, что я отказываюсь ходить на мужской маникюр. Потому что, видите ли, «любой уважающий себя современный мужчина просто обязан следить за руками!» А я отшучивался, что я и так слежу, причем самым тщательным образом и изо всех сил — ведь она ни разу не заставала их под чужими юбками.
В итоге она даже подарочный сертификат мне купила на день рождения: ежемесячный маникюр и педикюр в течении полугода.
