Я судорожно глотнула воздух.
– Честное слово, все будет в порядке, – пообещал Эдвард. – Вольтури не узнают запах и не поймут, что здесь были волки: с такими зверями они никогда не встречались. Стая в безопасности.
Я ничего не поняла из его объяснений. Страх не давал мне сосредоточиться.
«С нами все в порядке», – сказал Эдвард… и Сет выл от боли…
Эдвард не ответил на мой первый вопрос, отвлек меня сообщением о Вольтури…
Я едва держалась на краю пропасти – можно сказать, висела на кончиках пальцев."
"Деревья проносились мимо, сливаясь в изумрудный поток.
– Что случилось? – прошептала я. – Раньше. Когда Сет завыл? Когда тебе стало больно?
Эдвард помедлил.
– Ну же! Скажи мне, в чем дело!
– Все уже закончилось. – Эдвард бежал с такой скоростью, что его шепот тонул в свисте ветра. – Волки не пересчитали свою половину нападающих… подумали, что уложили всех. А Элис, конечно же, ничего не могла увидеть…
– Что случилось?!
– Один из новорожденных спрятался… Ли нашла его – и повела себя очень глупо и самонадеянно: напала на него в одиночку.
– Ли… – повторила я. Сил уже не оставалось, чтобы устыдиться охватившего меня облегчения. – Как она?
– Ли не пострадала, – пробормотал Эдвард.
Я молча смотрела на него.
«Сэм… помоги ему…» – сказал тогда Эдвард. Ему, а не ей!
– Почти пришли. – Эдвард уставился куда-то вверх.
Я непроизвольно проследила за его взглядом: над деревьями висело фиолетовое облако. Облако? В такой необычно солнечный день?.. Да нет, не облако, а столб густого дыма, такого же, как от нашего костра в горах.
– Эдвард, – прошептала я почти беззвучно. – Ведь кто-то все-таки пострадал.
Я же слышала вой Сета и видела боль в глазах Эдварда.
– Да, – прошептал он.
– Кто? – спросила я, хотя уже знала ответ.
Разумеется, я знала ответ. Еще бы не знать!
Деревья стали двигаться медленнее – мы добрались до места назначения.
Эдвард не сразу ответил.
– Джейкоб, – сказал он.
Я сумела кивнуть.
– Конечно, кто же еще… – прошептала я.
И соскользнула в невидимую пропасть.
Перед глазами все почернело.
Прежде всего я почувствовала прикосновение холодных рук. Больше, чем одной пары рук. Меня держали в объятиях, к щеке прижималась ладонь, пальцы гладили лоб, а другие пальцы лежали на запястье.
Потом я услышала голоса: сначала невнятное гудение, которое постепенно усилилось и стало разборчивым, словно кто-то настроил радиоприемник.
– Карлайл, уже прошло пять минут, – с тревогой сказал Эдвард.
– Эдвард, она придет в себя, когда будет к этому готова.
