Кроме того, беспокоиться уже никаких сил не было: слишком долго я не могла заснуть, и все мышцы ныли. Я оттаивала по частям, тело расслаблялось и наконец совсем обмякло.
– Джейк? – сонно пробормотала я. – Можно у тебя кое-что спросить? Я вовсе не прикалываюсь, мне действительно интересно. – То же самое сказал мне Джейк тогда на кухне… сколько уже времени прошло?
– Спрашивай. – Он усмехнулся воспоминаниям.
– Почему ты такой лохматый? Твоим друзьям до тебя далеко. Можешь не отвечать, если я что-то не то брякнула. – Кто его знает, какие в обществе оборотней правила приличия?
– Потому что у меня волосы длиннее, – ответил Джейк.
По крайней мере, вопрос его не обидел – скорее позабавил.
Джейкоб потряс головой, чтобы его длинные, до подбородка, волосы пощекотали меня по щеке.
– Теперь понятно. – Ответ меня удивил, хотя с другой стороны, все логично. Так вот почему все остальные коротко подстриглись, когда вошли в стаю. – А почему ты не стал подстригаться? Предпочитаешь ходить лохматым?
На этот раз Джейкоб не сразу ответил, а Эдвард тихонько засмеялся.
– Извини. – Я зевнула. – Можешь не говорить, если не хочешь.
Джейкоб раздраженно хмыкнул.
– Он все равно тебе расскажет, так что лучше уж я сам… Волосы я отрастил потому… потому что мне показалось, что тебе так больше нравится.
– Ой! – Мне стало неловко. – Ну, в общем, мне и так, и так нравится. Тебе вовсе необязательно… мириться с неудобствами.
Он пожал плечами.
– Сегодня это оказалось очень даже удобно, так что не переживай.
Сказать мне больше было нечего.
Молчание затянулось, и мои веки сами по себе закрылись, а дыхание замедлилось.
– Вот и правильно, моя хорошая, поспи немного, – прошептал Джейкоб.
Я удовлетворенно вздохнула, уже задремав.
– Сет пришел, – сообщил Эдвард Джейкобу, и я вдруг поняла, зачем Джейкоб выл.
– Прекрасно. Теперь ты можешь заниматься делом, пока я позабочусь о твоей подружке.
Эдвард промолчал, и я сонно пробормотала:
– Да хватит вам!
Наступила тишина – по крайней мере, в палатке. Снаружи бесновался ветер, завывая в деревьях.
Палатка дрожала, мешая спать: каждый раз, когда я уже почти засыпала, стойки вдруг начинали трястись, не давая провалиться в забытье. А бедный волк – бедный мальчик! – сидит там в снегу.
В ожидании сна мысли бесцельно бродили в голове. Тепло и уют спальника напомнили мне первые дни знакомства с Джейкобом, – дни, когда он заменил мне солнце, согрел меня теплом и вернул к жизни. Давно я не думала об этом, и вот Джейк снова рядом и греет меня.
