Ведь мама ещё не знала, какую кашу он тут заварил, скрывая, в том числе и от неё, многие интересные факты из своей биографии и рода деятельности.
Заметила, что Смолина с Ветровым тоже как ветром сдуло. Вот и отлично, смогу хоть чуть-чуть расслабиться и передохнуть.
Но передохнуть мне не удалось, так как негромко звучащая красивая мелодия не дала покоя не только Коху, но и его другу, пригласившему меня на танец. А мне совершенно неудобно было ему отказать.
Танцуя, мы познакомились ближе с Павлом Евгеньевичем, который, как оказалось, дружил и работал с дядей Борей уже более тридцати лет.
Выслушала комплименты моей маме и историю его знакомства с собственной женой.
— Оля приболела и не смогла сегодня прийти, о чём очень сожалеет. Вся наша семья любит и уважает Борю. Он совершенно бескорыстный, благородный человек. И, несмотря на некоторую жесткость, очень внимателен и добр к своей семье и друзьям.
Мне захотелось прервать эти хвалебные речи и напомнить, что его рекламная акция немножко запоздала, в мамином паспорте уже стоит штамп о браке с его другом.
А стоит вспомнить шухер, который наступает в офисе каждый раз при известии о приезде Коха, о жесткости своего друга Павел Евгеньевич точно не соврал. Оставалось надеяться, что мама с этой стороной его характера никогда не столкнётся.
Краем глаза заметила подходящих к нам Смолина с Ветровым. Чёрт! Как бы мне незаметно провалиться сквозь землю… Но, увы, моей мечте не суждено было сбыться, и мне пришлось наблюдать идиотскую словесную схватку самцов-дебилов.
А когда Ветров выдал: «Черничка, сестрёнка моя! Разреши на правах брата...» — и, стиснув меня своими ручищами, полез целоваться, я не выдержала.
— Владислав Андреевич! Прекратите, пожалуйста!
— Убери свои лапы, — зарычал Смолин, дергая меня на себя, и я, как трофей, перешла в его руки. Надеюсь, мама не видела весь этот нелепый спектакль.
— Привет, — услышала над собой холодный голос моего деспота. — Может, расскажешь мне, что здесь происходит?
— Я, Олег Павлович, хочу задать вам тот же вопрос.
— Я перешла в нападение, ведь, как известно, это лучшая защита.
Но тут же поняла, что и нападать, и обороняться мне будет очень сложно, потому что собственное тело предавало меня, и я с наслаждением прижималась к Смолину, млея от его уже ставшего родным запаха. Мы виделись только вчера, но я уже успела соскучиться.
— Я первый спросил.
— Я приехала на свадьбу мамы.
— Об этом я уже догадался.
